Байки ВМФ

Теперь старпому предстояло заставить «оркестр» слаженно исполнить ораторию учения.

Самого простого, по его мнению. Поэтому он втайне надеялся на скорое завершение процесса, чтобы к ужину разыграть что-нибудь новенькое. Однако для флота шансы на выполнение работы, обратно пропорциональны числу людей, обязанных ее сделать.

– Довожу до всех исходные данные учения! —провозгласил старпом, сопровождая назначенные глубину, курс, скорость лодки и работающие механизмы взмахами руки, словно дирижерской палочки.

Ладыгин наклонился к уху самого старшего механика, а попросту Деда: -До обеда хочется есть, после обеда спать, а в целом такое чувство, что мало платят.

– Это не зарплата, -уверенно заявил Дед: -Это возмещение морального ущерба.

– Как так? —удивился сидящий рядом трюмный мичман.

– Очень просто. Мы не живем и не работаем, как другие люди, – мы служим. А наша жизнь, словно злая соседка, проходит мимо и не здоровается.

– Да уж, -поддержал с умным видом Деда командир дивизиона живучести, прозванный Живчиком: -Нет нам житья, потому что каждый день дают жизни!

Дед согласно кивнул: -Жить тяжело, а тяжело жить еще тяжелее…

Механики задумались, но один из лейтенантов группы управления ядерным реактором вполголоса заметил: -О жизни и о деньгах начинают думать, когда они подходят к концу.

– Вы бы лучше помолчали, лейтенант! —отреагировал Живчик: -Только и можете, что на компьютере пальцами щелкать, вместо того, чтобы головой!

– Вот и непонятное кольцо у вас на пальце! —вступил Дед: -Вы прямо как инкогнито!

– Это точно! —поддержал критику Ладыгин: -А что у вас за прическа? Конечно, волосы на макушке могут курчавиться, но ниже они по Уставу должны быть прямыми!

Правду говорят, что флотские начальники похожи на свору собак: стоит кому-то залаять, другие тут же подхватывают, и – все на одного.

Пока механики мудро беседовали о жизни, рулевые вертели несуществующей лодкой, акустики вяло долдонили, что горизонт якобы чист, штурман искал воображаемую точку всплытия.

Но вот он решительно взмахнул руками, выкрикивая брутальную команду «Боевая тревога!». «Оркестр» сделал паузу, а затем выдал такую какофонию команд с докладами, звукоряду которой позавидовали бы композиторы-авангардисты. Даже доктор проснулся и что-то медицинское провякал.