Живая земля

Щелкнув языком, отодрал сухой язык от неба; вспомнил Модеста: перед тем, как что-то сказать, зеленый человек издавал точно такой же звук.

– Да, ел. Два раза.

Мать увидела деньги и изменилась в лице:

– Это что?

Денис закинул руки за голову:

– Это деньги, мама. Это деньги.

Мама кивнула. Смотрела без тревоги или осуждения, но так внимательно, что сама эта внимательность содержала бесконечное количество тревоги и осуждения.

– Не смотри так, – попросил Денис. – Пожалуйста, не смотри так. Это всего лишь деньги.

– Я вижу не деньги, – сказала мама. – Я вижу кучу денег.

– У нас не было денег, а теперь есть.

Мать кивнула, оглянулась, ища стул. Села, не по-женски широко расставив колени.

– Я все ждала, когда это случится, – медленно произнесла она.

Денис улыбнулся:

– Ты ждала, когда я принесу кучу денег?

– Бог с ними, с деньгами. Я ждала, когда ты попробуешь мякоть стебля.

Денис испытал момент паники, сел, решил: лучше будет признаться.

– Мама, я давно попробовал мякоть стебля.

Еще год назад.

– И как тебе? – спокойно спросила мама.

Сын подумал, развел руками:

– Трудно сказать.

– Понравилось?

– Не знаю.

– Не спеши, – мягко, едва не ласково сказала мать. – Подумай. Подбери слова. Мне важно знать твой ответ. Только точный. Расскажи подробно, что чувствуешь.

– Мне… – Денис смешался, с досадой понял, что глупо улыбается. – Понимаешь… Такие вещи надо… Ну… типа на свежую голову… А я спать хочу.

– Нет. Ты сейчас расскажи.

Напряги ее. Голову. И расскажи. А я послушаю.

– Она… – Денис улыбнулся. – Она не напрягается.

– Вот именно.

Слава богу, подумал Денис, она не спрашивает, где я взял мякоть. И деньги. В последнее время она совсем перестала задавать вопросы.

Хорошо иметь умную мать. Особенно когда тебе двадцать лет.

– Знаешь, – сказала она, – я никогда не думала, что твой отец может убить человека. А он убил. Тот человек был настоящая сволочь, его надо было убить – и твой отец убил его.

Тот человек взял в заложники двух женщин и захватил вертолет. Тебе было семь часов от роду. Вокруг – лес, колония травоедов, ни милиции, ни власти, только толпа испуганных женщин и зеленых полукретинов… Твой отец застрелил того человека. Из автомата. Попал точно в лоб. И ранил еще двоих. На том вертолете увезли меня и тебя. Савелий остался. Пилоту он обещал, что найдет и убьет его, в любой точке мира, если пилот не вернется за остальными.