Счастливый брак по-драконьи. Поймать пламя

Чтобы хоть как-то заполнить тяжелую паузу и разрядить гнетущую атмосферу, я нерешительно спросила:

– Я могу чем-нибудь помочь?

Муж выдохнул сквозь зубы:

– Льета Ирьяна, что могли, вы уже сделали! Самое лучшее, что вы сейчас можете предпринять, это уйти! – Он запустил руку в волосы, несильно потянул у корней и нехотя добавил: – Прошу прощения за некоторую резкос-с-сть.

Все же сорвался. Услышав рычащее-шипящие нотки в голосе, вздрогнула и отшатнулась.

– Я уже ухожу! – Ужом проскользнув между стенкой и рыжим злюкой, бросилась к лестнице, но поскользнулась и полетела на пол.

Ладонь и бедро пронзило резкой болью, но, не обращая на это внимания, я вскочила, непонятно за что извинилась и быстро стала подниматься по лестнице. Ладонь горела и пульсировала, нога ныла от удара. Порезалась, что ли? Ох, сейчас еще аптечку искать придется. Сходила перекусить…

Неожиданно светлячок вспыхнул намного ярче, и спустя несколько секунд раздался голос полукровки:

– А ну стоять!

Замерла я только на миг, а потом с удвоенной прытью рванула вверх.

– Идиотка! – нелестно охарактеризовал меня рыжий. А потом догнал, схватил за здоровую руку и дернул на себя. Ну, не дурак ли? Мало сегодня с лестниц летал?

На этот раз равновесие Ринвейл удержал. Он крепко обхватил меня за талию, прижал спиной к себе. И вырваться мне не было никакой возможности.

– Осмелюсь заметить, что по-идиотски сейчас себя повел ты, – едко заметила и дернулась, пытаясь освободиться. Говорить гадости, не видя перед собой лицо со злыми голубыми глазами, оказалось несравненно легче, потому окончательно осмелела: – Отпусти меня немедленно!

На удивление, он послушался и оттолкнул меня от себя. Только запястье не отпустил, и потому уйти я не могла.

– Руку покажи, – процедил супруг и потянулся к раненой ладони.

Тут я, наверное, поступила в лучших традициях всех обиженных дам.

– Все хорошо. – Отступила и неосознанно спрятала пострадавшую лапку за спину.

Муж только покачал головой.

– Я уже видел. Так что не глупи, а показывай.

– Там ничего серьезного, – упрямо стояла на своем. – Царапина, сама обработаю.

– Царапины сильно не кровоточат. – Ринвейл щелкнул пальцами, и светляк вспыхнул ярче, позволяя явственно увидеть темные пятна на светлом мраморе лестницы.