Старший оборотень по особо важным делам

Даже не вдвое, при таких раскладах уже геометрическая прогрессия начинается…

– Один его ствол чего стоит, – буркнул Арнаутов в ответ на «…фрукт, ведет себя вызывающе…».

Виноградов мягким голосом отклонил обвинение:

– Именная «беретта» с правом ношения. Формально, нарушений нет.

– Это он нам всем вызов бросает, что мы ему не ровня. В бильярд на деньги играет.

– Согласен, такое поведение не красит офицера милиции. Но это еще не основание…

– Да какие еще нужны основания? Гера-Моцарт его руками свои проблемы решает! Они с Чибисом бизнес не поделили, так он решил ручного мента на него натравить.

– Это все эмоции. А есть заявление Краснова и Селиванова, что сотрудники убойного отдела выбивали из них показания?

– Будут!

– Вот тогда разговор и продолжим. Шилов – тертый калач. Как к нему ни относись, а опер он серьезный и обкладывать его нужно качественно. Я могу начать такую работу только с фактами на руках. – Виноградов поднялся из-за стола, давая понять, что разговор считает законченным.

– Были бы нужны – платили бы больше. – Арнаутов ушел.

Виноградов сел в свое удобное кресло и подумал, кого бы подключить к делу. Хоть он и говорил Арнаутову, что начнет работать, только заполучив конкретные факты, а провести подготовочку не помешает.

Так, кому бы это поручить? Федорову? А что, для него в самый раз. Исполнителен и туповат, лично предан начальнику. Может ненароком подставить, но никогда не пойдет на осознанное предательство.

Виноградов нажал кнопку селектора:

– Зайди ко мне.

Федоров появился тотчас же, как будто дежурил за дверью.

Покачиваясь в кресле, Виноградов распорядился:

– Значит, так: Шилов, Роман Георгиевич. Временно исполняющий обязанности начальника убойного отдела. Все, что есть по нему, мне на стол к семнадцати часам.

Выйдя в коридор, Федоров почесал затылок: «Во неделька началась! Что ж будет дальше?»

* * *

Шилов зашел в бюро пропусков Следственного изолятора № 4 на улице Лебедева, наклонился к окошку, за которым сидела симпатичная девушка в форме сержанта:

– Аллочка, привет! Выпиши мне в оперчасть к Егорову.

– Что-то, я смотрю, ты к нему зачастил.

– Может, у меня с ним любовь?

– Любовь! Сразу видно, что любовь, – вон какие синяки под глазами. Ты когда женишься, Шилов?

– Только когда окончательно решу свести счеты с жизнью.

– Трепло. – Алла выдала пропуск, и Шилов направился к проходной.