Собаки, которых мы спасли. Нет места лучше дома

– А Тали как? – спросил я, ощутив внезапный укол вины за то, что совсем позабыл о второй своей собаке, найденной на краю света, в провинции Гильменд, и которая теперь также обитала с нами.

Вдвое мельче Наузада, Тали представляла собой белый пушистый комок бесконечной энергии. Она отлично приспосабливалась к любым новым обстоятельствам, и у меня не было никаких сомнений, что она способна пережить что угодно. Оказавшись в Великобритании, она показала себя куда более воспитанной, чем ее собрат-беженец. Я почти не сомневался, что как только за окнами стемнело, она тут же забежала в дом, и куда больше беспокоился, как будет чувствовать себя Наузад в своей темной будке, когда вокруг творится светопреставление.

– Где она? – спросил я у Лизы, поднимаясь с холодного пола.

– Когда я уходила – сидела под журнальным столиком. Телевизор орал на полную громкость, там какая-то викторина шла, – ответила Лиза, выбираясь наружу, в промозглую ночь. – С ней все было в порядке, – добавила она, однако в голосе прозвучала неуверенность.

В то время Наузаду при обычных обстоятельствах вход в дом был запрещен. Но обстоятельства сегодня трудно было назвать обычными. Когда взорвалась очередная ракета, и он вновь принялся нервно подрагивать, я понял, что вынести это невозможно: не для того я спасал этого пса и тащил сюда через пол земного шара, в конце концов.

– Так, все, – сказал я как можно более властно. – Лиза, Наузад напуган до белых глаз. Я заведу его в дом, к Тали.

– Но он же там все обгадит, – попыталась возразить Лиза.

– Ну, пожалуйста, детка, – взмолился я. – Мы за ним будем следить. Во все глаза!

Лицо Лизы оставалось неумолимо.

– Это была твоя гениальная идея – тащить его сюда из Афганистана. – На этих словах она все же не выдержала и захихикала, слегка нетрезво. – Вот ты за ним во все глаза и следи.

•1•

Все меняется

Новый год наступил через восемь дней после того, как мы забрали Наузада и Тали из карантинного центра, где они провели полгода в изоляции, как положено для собак, прибывших в Великобританию из Афганистана.

Сказать, что это время стало насыщенным, было бы не сказать ничего. За каких-то восемь дней вся наша жизнь перевернулась вверх тормашками.

Перед этим мы медленно отсчитывали месяцы по календарю, хотя вычеркивать дни карандашом особой нужды не было: заветная дата и без того отпечаталась в памяти намертво.