Собчак

Анатолий покупал абонементы, и они вместе, точно родные бабушка и внук, ходили в филармонию. Вскоре подобные походы стали для Собчака подобно воздуху, а с первой квартирной хозяйкой он дружил до самой ее смерти.

Профессор юридического факультета Ленинградского университета Валентина Яковлева одной из первых заметила нового студента. «Помню его Толенькой, – вспоминала она, – мальчиком 19 лет, который приехал из Ташкента по переводу к нам на юридический факультет. Высокий, худенький, с ясными глазами, интеллигентными манерами, он сразу привлек мое внимание».

Особенно Яковлевой Собчак запомнился на специальных семинарах, на которых Анатолий Александрович делал доклад на тему своей будущей диссертации. «Интересный глубокий доклад сделал он по проблеме ответственности за вред, причиненный источником повышенной опасности. Выступление Толи было логичным, содержательным, полемичным».

После доклада Собчака группа не хотела расходиться по домам, и тогда Анатолий предложил поговорить о выставке картин Рокуэлла Кента.

Американский художник с социалистическими взглядами снискал настоящую славу в СССР. «С какой любовью говорил он (Собчак. – П. С.) о суровой живописи этого художника, как увлеченно характеризовал наиболее поразившие его картины. Я поняла, что мальчик не только умен, начитан, но умеет тонко чувствовать и понимать прекрасное. Решили, что все мы на эту выставку обязательно сходим», – восторгалась Валентина Федорова, пережившая своего ученика на семь лет.

Сам Анатолий Собчак не раз говорил, что по-настоящему влюбился в искусство только в Ленинграде. «За это спасибо моим профессорам, настоящим русским интеллигентам, сумевшим пронести высочайшие моральные качества и культуру сквозь годы сталинщины».

Как-то Собчак увидел в комиссионке картину Александра Бенуа, которая продавалась за ничтожные, но неподъемные для студента 300 рублей. Анатолий Александрович долго сожалел, что не смог приобрести ценное полотно. Спустя годы Владимир Спиваков, услышав эту драму, подарил на день рождения Собчаку рисунок Бенуа.

Не меньше Анатолия Собчака увлекала античность. Он серьезно изучал античную философию, хорошо ее знал. «Я люблю античных авторов, но, когда раньше читал Тацита, Плутарха или Цицерона, я как-то очень абстрактно воспринимал то, что они говорят о жизни частного лица и жизни лица государственного, – рассуждал позже Собчак. – Казалось бы, ну какая принципиальная разница.