Эскул. Бытие

– Ты опять играл в транспорте? – тревожный взгляд деда мазнул по жёлтому индикатору МКИПА. – Ты знаешь, чем это для тебя может закончится? – в его тоне стали слышны стальные нотки.

– Знаю. Не лечи уже, сам доктор! – огрызнулся я, но потом мягко похлопал по плечу деда. – Не переживай ты так, теперь уже не буду, не по средствам. Только из нейрованны и по социальному аккаунту. Да здравствует, Корпорация!

– Ты бочку на Андрея Анатольевича не кати, пенсионер новорожденный, – недовольный тон дяди Миши прибавил напряжённости беседе.

 – Он, Андрюха, квест редкий отхватил, вот терпения до нас доехать и не хватило!

– Да ты что, Мишаня? Нашему балбесу, наконец, удача улыбнулась! – дед снова был в хорошем настроении, тучи развеялись.

– Ну и отхватил, только чего мне это стоило! – что-то внутри заставило попридержать язык и, как бы гордость не распирала, я решил не рассказывать подробности моего эпического приключения. Дядя Миша тот ещё жук. Примажется, клещами не оторвёшь. Потом деду наедине всё расскажу.

– Ну, и чего стоило? – дед равномерно распределял куски мяса по шампуру, слегка сжимая их в кулаке. – Только не говори мне, что опять всё пролюбил. Всё, что нажито тяжким трудом: три кинокамеры, три куртки замшевых…

– Я разберусь, дед, реал тратить не буду! – как можно увереннее ответил я, хотя на самом деле особой убеждённости в своих планах не испытывал.

– Слышь, Миша, разберётся он, пенсионер… Ну да ладно, поглядим… Повод у нас сегодня двойной. Поэтому, на сухую шашлык в горло не полезет.

Давай, Артём, займи себя чем-нибудь, а лучше – дров наколи, запас никогда не помешает. Мишаня, а ты на веранду сходи – там в серванте внизу наши заветные стоят, принеси одну.

– Ух ты! Андрей! И впрямь праздник, – дядя Миша потер ладони в предвкушении.

Я хорошо их понимал. Уважаемый всеми соседями напиток, все ингредиенты которого знали только мой дед и дядя Миша, почитался как божественная амброзия. Его приготовление, как и потребление, всегда превращались в таинство познания вселенской истины.

И эта сбалансированная смесь спирта, жжёного сахара и трав гордо именовалась «Мяу!» по вполне понятным причинам. Старые алкаши.

Топор для колки дров отнюдь не был раритетным, а представлял собой шедевр эволюции колунов. Тоже один из подарков деду от благодарных пациентов – малый скандинавский колун, чуть менее полувека служивший семье Респовых. На совесть закаленная сталь с запасными сменными, пропитанными маслом рукоятками.