Чувства

 – Скоропостижные мысли о том, что как меняется человек, преображая себя, и внешне, и внутренне, когда его захватывают эмоции.

Небольшое усилие Марии. Будто что-то переменилось внутри. Вернее, кто-то этому поспособствовал. И женщина вновь приобрела прежний, – человеческий вид.

Вадим догадался, что это работа внутреннего психолога Марии. Что подобные быстрые перемены подвластны лишь сильному самоконтролю. Но оставалось ощущение, что женщина еще борется, преодолевает вновь испеченное негодование. Как будто более высокие и благородные чувства вытесняют низменные и устрашающие.

Вадим отодвинул свое кресло и присел рядышком на диван. Он легко улыбнулся, подождал пару минут. Дождавшись ответной улыбки, взял руку женщины и трепетно прикрыл ее другой своей рукой. Как всегда, небесное тепло его кожи проникло в самую глубь только что созданных «виртуальных женских слез». Этот знакомый Марии ритуал позволил вернутся ей на землю. Где обычные слова могут разрешить любые невзгоды.

– Все. Я в порядке! – Полностью вернувшись в реальность, отозвалась женщина.

 – Немножко горячего напитка и я все расскажу.

Вадим вернулся на свое место. Он четко осознавал, что прежнее переживание уже позади. И лишь смутные отголоски, которые еще оставались в голове Марии, просто-напросто – вопрос времени, который решит их совместная беседа.

– Это был он! – Начала женщина. – Я вначале опешила, не понимая своих двояких впечатлений. Во мне все встало стеной непонимания, словно нависшая пелена. Затем я четко вспомнила его, – это Сергей, с которым я познакомилась на балу, в прошлом, вернее, когда очутилась в прошлом времени.

– Я Вас понял. – Постарался Вадим направить собеседницу в правильный отток их сложившийся разговора. – Главное не торопитесь. Раз это так вас ошарашило, то постараемся разобрать все по полочкам, чтобы познать суть.

Мужчина невероятно ловко поднялся и через секунду его след простыл. Вернулся он озадаченный, в руках была папка с листами белоснежной бумаги и карандаш.

Его серьезный вид, словно обновленная маска, красовался на лице. Мария уловила совершенно незнакомые черты лица в образе ювелира. Тени по-новому перекликались с всевозможными неровностями его обличия. Грациозной статью древнегреческого мудреца, за стол присел совершенно другой человек. Но вся эта игра перевоплощений совершенно не вызывала нелепость ситуации, напротив – заставляла искренне поверить в надвигающуюся помощь.

– Опишите мне его, пожалуйста.