Сережа. Рождение воина

Жену Романа звали Света и, она погибла от прилета украинского снаряда, когда возвращалась домой с работы. Как только Роман узнал, то сразу примчался на место трагедии. Он долго не выпускал из своих рук остывающее тело супруги и все никак не мог понять, за что ее убили. Именно с этого момента война гибели любимого человека, война началась и лично для романа. Да, война к этому времени уже шла, но она была где-то рядом, она проходила вокруг Романа и его семьи. А теперь, после гибели его жены Светланы, эта война вошла и в его дом, в его семью, она вошла в самого Романа и, он уже стал частью ее и не отделял себя от войны.

– О сыне подумай, ведь ты его полным сиротой оставишь! – восклицала враз поседевшая и постаревшая от обрушившегося на них ужаса женщина, ужаса устроенного им киевским режимом.

– Я мужчина и должен защищать свою семью и землю! – и он ласково погладил по голове сына. – Кроме того, ты у нас бабушка на что? – игриво улыбаясь, сказал он и, подойдя, поцеловал свою мать в щеку.

– Отойди от меня, – отстранила она сына наигранно сурово, но в глубине души она чувствовала и понимала, что он говорит ей правду.

Когда они прощались, она благословила его, перекрестивши и поцеловав на прощание в лоб. Роман прощаясь обнял Сережу и улыбаясь, подбадривающе и сына и самого себя, сказал:

– Слушайся бабушку, мы с тобой еще обязательно увидимся, и я тогда узнаю, как ты себя с бабушкой вел! – и он шутливо погрозил сыну пальцем.

С тех пор прошло более трех лет. Шел пятый год, уже казалось, что нескончаемой войны.

Роман кое-как, с горем пополам уговорил командира отпустить его ненадолго домой, одним днем – туда и обратно.

– Ладно, хрен с тобой, Ром. Но учти там укропы близко, смотри не попадись.

– Обижаешь, командир! Мы волки стреляные, – расплылся в улыбке Роман. – Разрешите идти?

– Давай, – махнул ему командир.

И Роман побежал собирать в спортивную сумку свой нехитрый скарб, а прежде всего подарок сыну, – игрушечную, железную дорогу с заводным паровозом. Он помнил, что сын мог часами сидеть у железной дороги и ждать проходящего поезда, чтобы помахать машинисту рукой, а вот ответ получить длинный, сигнальный гудок тепловоза. И тогда радости Сережи не было предела. А глядя на него и они с женою смеялись словно дети.