Сережа. Рождение воина

ВСУшники, как какой праздник так они еще сильнее лупить из своих пушек начинают, чи что там у них, я уж и не знаю. Хотя у нас сейчас многие в этом деле поднатаскались и стали профессионалами. Вот и ваша мама тоже, как какой разрыв, сразу сообщает, что прилетело с той стороны.

Роман улыбнулся:

– Да, она может…

– Мы втроем в нашем подвале ютимся, я, да мои дети. Все остальные жильцы разъехались, а нам куда ехать, мы только здесь немного обживаться стали. Еще два пенсионера есть, но те только если сильно обстреливать начинают, только тогда спускаются к нам в подвал.

Они наверное устали и все на Бога возложили – будь что будет!

– Не страшно втроем с детьми, одной в подвале?

– Страшно, но когда стены трясутся и окна вылетают от разрывов еще страшнее! Так что из двух зол, мы выбираем меньшее.

– Я вас понимаю, сочувственно сказал Роман.

– А я вот, иногда думаю, а мой бывший, если палит в нашу сторону, интересно думает ли о том, что у него здесь не только много друзей из прошлой жизни, как говорится, но и его же родные дети?! Так бы и поубивала их за все то, что они нас заставляют переживать! За каждого убитого нашего ребенка!

Роман немного помолчал, а потом сказал:

– А что толку их убивать? Да хоть и вашего мужа… Они пешки в большой политической игре.

Конечно, они взяли этот меч войны и поэтому если не опустят его, то должны будут погибнуть. Но в конечном итоге, погибнут одни, на их место наберут других, а если не захотят, то и силой заставят. Наказывать или убивать нужно прежде все не их, а их командиров, того же Турчинова или Порошенко, который все-таки сдержал свое слово и отправил наших детей по подвалам! – и желваки вновь заиграли на скулах Романа.

– Да, конечно, вы во многом правы, но и эти молодчики, что устраивали здесь чистки, никак на безобидных ребятишек не похожи – звери одним словом, да и только.

– Согласен… Впрочем мы уже пришли и думаю не стоит наших стариков и детей сейчас в столь невеселые разговоры посвящать, – и он улыбнулся Оксане, приоткрывая перед ней дверь подвала и пропуская ее вперед.

– Вы правы, – согласилась она, включая фонарь на своем телефоне, чтобы освятить им путь. – Осторожней, я подсвечу.

– Знаете, Оксана, – спускаясь, сказал он. – Ведь насколько я знаю, по правилам этикета в такие опасные помещения как подвал мужчина должен заходить первый, а я вас вперед пропустил. Все потому, что наш подвал, наверное, одно из самых безопасных помещений в городе.