Пионер в СССР

– Вспомнил! – Выкрикнул вдруг Мишин, замерев на месте. – В нашем отряде. У Фокиной были такие банты вчера. Гадом буду.

Глава 3

– Всё, шандец вместо Нового года наступил. Угробили человека, черти. Разогнуться не могу, – Причитал Родион Васильевич, пока мы двигались в сторону его каптерки.

При этом он постоянно оглядывался на меня. Будто лично я виноват в данном недоразумении. Ожидалось, наверное, максимум сочувствия с моей стороны. Даже представить не могу, на чем основывался выбор. Но я годился для такой задачи, как вол для кареты.

То есть пытаться можно, но вряд ли получится что-то путное.

К тому же по мне, шагал Родион Васильевич очень даже бодро. Еле могли угнаться за ним втроем. Со стороны, конечно, было заметно, как его слегка косит в одну сторону, но мне кажется, это больше игра на публику. Чтоб мы точно поняли, как тяжело электрику дался поход за елкой.

– Нужны покой и сто грамм для обезболивания. – Сделал заключение электрик.

– Сто грамм? – Мишин с удивлением уставился в спину Родиона Васильевича, который двигался впереди нас.

 – Это что Вы за лекарство пьете?

Вася выглядел несчастным. Он взмок от физического труда, который давался ему тяжело. Мыслимое ли дело, тащить половину елки. Половину, не потому что мы ее разрубили надвое. Это было бы совсем странно. Хотя, уже мало удивительно. Просто вторая часть несчастного дерева находилась в руках Ряскина. Они несли елку вдвоем. Зато я топал следом налегке.

– Хорошее лекарство. Мигом на ноги ставит.

 – Хохотнул электрик.

– Во как…А название скажите? – Вася конкретно заинтересовался чудодейственным средством.

Тут даже Ряскин, который знает Толстяка не первый день, посмотрел на товарища с недоумением. Вполне же понятно, о чем идет речь. К сожалению, Мишин проворством мысли напоминал дождевого червяка и ему явно ни черта понятно не было. Он искренне верил, будто идет обсуждение какой-то микстуры.

– Зачем тебе название, тимуровец? – Дядя Родя ускорил шаг.

Видимо, сказывалась близость каптерки, в которой его ждало «лечение».

Причем, ускорялся электрик как-то неравномерно. Верхняя часть его тела тянулась вперед сильнее, чем нижняя. Поэтому со стороны казалось, будто Родион Васильевич споткнулся и начал падение. Но оно почему-то не произошло. Семенил дядя Родя в итоге, под наклоном градусов в восемьдесят. Словно им руководила центробежная сила.

– Как зачем? Я вон осенью всегда болею. Мамка говорит, организм у меня ослабленный.