Сел и поехал 4. Памир – крыша мира

И вдруг посреди этой пустыни видим некое железное устройство, торчащее из земли. На нем видны ржавые вентили, влево и вправо торчат ржавые трубы, так что поневоле вспоминается знаменитый фильм «Кин-дза-дза».

Я торможу. Напарник делает то же самое.

– Что случилось, Паш? – спрашивает.

– Hиuer о, – смеюсь. – Просто хочу прикольный

кадр сделать. Сфоткай меня!

Слезаю с мотоцикла, подхожу к устройству непонятного назначения и, когда Женька жмет кнопку, приседаю и произношу: «Ку!» После чего, от души по— ржав и подняв настроение, отправляемся дальше.

Когда в Нукусе мотоцикл опять глохнет, я уже не удивляюсь. Тревожусь, конечно, но лишь по привычке. Почему-то кажется, что выход из положения снова будет найден. Почему? Может, я всерьез поверил в то, что дед, бесстрашный солдат Великой Отечественной, покровительствует моему путешествию? Хочется, конечно, верить в такое, но лучше придерживаться проверенной истины: на деда, как и на бога, надейся, а сам – не плошай.

Полоску опять устраняю своими силами, в очередной раз прочистив контактную грyппy – почему-то она подгорает. Когда заканчиваю ремонт, рядом тормозит «шевроле» – местное такси. Таксист по имени Закир моментально знакомится с нами и выражает готовность оказать нам поддержку.

– Нам бы отель найти… – говорим, усаживаясь на мотоциклы. – Мы из Атырау едем, устали очень.

– Хорошо, езжайте за мной.

Закир провожает нас до отеля, мы устраиваемся, после чего вместе с таксистом отправляемся на ужин.

– В Туркмению, значит, собираетесь… – задумчиво говорит Закир.

– Есть такое желание. А что?

– Вас могут пустить через границу. Но могут и не пустить. Если не пустят – я буду вас ждать, хорошо? Я записываю его телефон. Мы не отказываемся от помощи, в путешествии любой помощник, призванный или добровольный, на вес золота.

Гостинца в Нукусе оказывается совершенно кошмарной. Старая плитка в туалете, унитаз с бачком наверху и привязанной к нему веревкой, затхлый запах, старые истертые ковры… Такая обстановка сразу вгоняет напарника в уныние.

– Что с тобой? – спрашиваю, заметив реакцию.

– Ну и отстой… – говорит Женька, озирая облезлый интерьер номера. – Здесь что – ничего лучше нет?!

– Думаю, что нет. Но я тебя что-то не понял.