Михаил – император Византии

Презреннее этого слова нет; трактирщик все равно, что вор, плут. Его никуда не пускают, суд не признает его свидетельства, ну, справедливо ли это?

– Полно, брат Александр, я слышал это много раз. Налей-ка лучше маронского вина, да расскажи что-нибудь веселенькое.

– Должно быть деньги у тебя завелись, что ты пьешь маронское.

– На, получи! – весело ответил Михаил и вынул из кармана золотую монету.

Михаил выпил залпом половину поданного ему кубка.

– Скажи-ка, брат Александр, как здоровье твоей дочери, красавицы Анастасо?

– Да что ей делается?.

. Здорова-то она здорова, а толку от нее никакого.

– Какого же тебе толку?

– Известно, какого, – девчонке 16 лет, давно бы пора замуж. Но кто же ее возьмет?

– Ты шутишь, милейший Александр; если таких не будут брать, на ком же жениться?

– Ну, чего ты притворяешься? Как будто ты не знаешь, что только отъявленный мошенник, согласится стать мужем дочери трактирщика. Я об этом не мечтаю, не так глуп, не того прошу…

– Слушай, Александр, Анастасо… – Михаил внезапно запнулся.

– Что Анастасо?

– Я хотел сказать, она красива.

– Да ты уж это говорил.

– Нет, я хотел спросить, здорова ли она?

– Ты уж это спрашивал.

– Я все не о том. Она не ушла ли куда-нибудь из Константинополя?

– Чудак, куда же ей уйти? Эй, Анастасо, пойди сюда!

– Иду! – раздался звучный грудной голос, и в комнату вошла молодая девушка в простеньком полотняном платье.

Михаил недаром хвалил красоту Анастасо.

Никто не мог устоять против жгучего взгляда ее черных глаз. Нельзя было равнодушно смотреть на ее густую черную косу. Фигура ее, точно изваянная, напоминала статуи древних мастеров, украшавшие константинопольские площади. Только руки – слишком большие – выдавали ее далеко не аристократическое происхождение.

– Привет тебе, Анастасо, – сказал Михаил, встал и поклонился.

– Добро пожаловать, – ответила девушка и, слегка кивнув головой, встала в угол и опустила глаза.

Михаил допил вино, взглянул на Анастасо, покраснел, взглянул на Александра, считавшего деньги, опять посмотрел на Анастасо, не поднимавшую глаз, и никак не мог начать разговора. Ему хотелось рассказать очень многое, но он не знал, с чего начать, и, главное, его смущало присутствие трактирщика.

– Чего вы молчите? – проговорил Александр, зевнув. – Я молчу потому, что мне спать хочется. Вы бы в ту комнату пошли, а я здесь прилягу.