Камень Трокентана. Книга 3

Если гномы действительно говорят правду, он сможет заполучить огромное количество золота, вернуться с ним, найти себе сторонников, да и покончить со всей этой знатной гнилью не только в этом городе, но и во всём королевстве. Эта идея очень захватила его, так что он решил действовать незамедлительно.

Он вновь призвал томившихся в темнице гномов, которые уже были весьма изнурены. Он стал допытываться от них о пути в то место, где должна находиться драконья пещера. Гномы смогли убедить его в том, что не смогут описать это место так, чтобы он, Белг, смог найти его только по описанию.

И это действительно было правдой. Даже сами гномы, прошедшие весь этот путь, теперь не были до конца уверенными в том, что смогут отыскать дорогу в эту пещеру.

Но Белгу они обещали показать дорогу с условием, что он отпустит их на свободу живыми, а себе может забрать хоть всё бывшее в пещере золото. Говорили гномы так, потому что проклятие драконьего золота было теперь очевидно и для них. Да и дела их были прескверны и безнадёжны.

Однако Белг был действительно человек слова, и он подумал, что ни будет ничего плохого в том, что он и в правду отпустит гномов, если они укажут ему место с сокровищами. Он вывезет золото из пещеры если не всё сразу, то постепенно, а если будет нужно, поставит туда охрану. Ну а пока гномы кому-то о золоте расскажут, в пещере уже будет пусто, так что если кто-то захочет прийти туда и посмотреть, где лежало это золото, то пусть приходит. Ему от этого не будет хуже.

Руководствуясь данными соображениями, он честно пообещал гномам свободу и даже некое вознаграждение золотом, если клад окажется и в правду столь велик, как они говорят об этом.

Гномов он не отправил обратно в темницу, а закрыл в одной из комнат крепости, где их хорошо покормили и дали привести себя в порядок. Он вернул им их походную одежду и даже бывшие при них светящиеся кристаллы, из тех, что ещё не успели растащить. Он предложил было гномам взять драконье золото, желая видеть их реакцию, но те наотрез отказались брать что-либо из золотой кучки, что Белга весьма смутило.

Однако, он всё ещё не верил до конца во всю эту историю с проклятием золота дракона, хотя события и потрясли его. Но теперь это потрясение несколько сгладилось, и он снова обратился к своему прагматичному ходу мыслей. В дракона и каулен он по-прежнему не верил. Про дракона гномы могли придумать, тем более что они сами говорили о том, что не видели его живым.