Во имя Безликого!

Безликий лишь один из всей этой высокопоставленной компашки. И у каждого клана свой персональный идол, свой покровитель, свой тотем. Бывает, в тяжкие времена люди отворачиваются от старого бога, меняют веру. А что, вон их сколько, выбирай на любой вкус. Если всех вспоминать, то просидим тут, пожалуй, до следующей ночи. Всё ничего, если бы такие перемены не сопровождались кровопролитиями. Вот и сейчас нечто похожее назревает.

Они с Данилой сидели на кухне, где недавно позавтракали после возвращения из храма.

Фредерик тогда сразу кинулся к плите и начал готовить еду. Странно было видеть его, смертельно уставшего, таким энергичным живчиком. Наверно, боялся свалиться и уснуть на пустой желудок или наоборот, принятый на руку магический заряд не давал усидеть на месте? Кто знает. В любом случае, деятельность он развел бурную.

Чтобы не мешать, Данила устроился за обеденным столом, достал свой блокнот с записями о планах ремонта «Витязя», перечитал, помечая уже сделанное. Прошёлся по всему списку, перелистнул, открыв чистую страницу, начал бездумно выводить на ней какие-то знаки.

– Что рисуешь? – поинтересовался дэдээровец, ставя перед ним тарелку.

– Да так, – Крючков неопределенно махнул рукой.

– Ну-ка, ну-ка, – повернув к себе блокнот, Фредерик вгляделся в ровную линию знаков. – Это же на фростианском. Тренируешься в правописании? Молодец. Только вряд ли пригодится. Да и не особо у тебя получается. Тут вообще белиберда какая-то.

– Так я ничего и не хотел…

– Погоди, – Фредерик поднес блокнот к глазам, какое-то время внимательно изучал исписанный лист, потом удивленно посмотрел на Крючкова.

 – Откуда ты это взял?

– Не знаю, – пожал плечами техник. – Пришло вдруг в голову.

Многозначительно хмыкнув, Смит протянул ему раскрытый блокнот и заговорщическим тоном произнес:

– Прочитай-ка вслух. Просто по буквам, как в алфавите, а не слово целиком.

– «Пэ», «РА», «Вэ»… – послушно начал Дэн.

Когда дошел до конца строки, вопросительно глянул на Фредерика.

Тот кивнул, улыбаясь:

– Правильно. В языке «штырей» такого слова нет. А теперь произнеси его полностью.

Опять опустив глаза, Данила бегло прочел:

– «Праверкагромкайсвази», – что-то неуловимо знакомое послышалось ему в собственном голосе.

«Праверка…» Ого! Техник еще раз пробежался по тексту. Так и есть. В блокноте фростианскими буквами написана фраза на общегалактическом языке. И он вспомнил, где её видел. В храме.