У бога за пазухой

Он совершенно не реагировал на вопросы и, похоже, больше не собирался удовлетворять любопытство Ермакова.

Вошёл Артур Генрихович.

– Доктор! – немедленно обратился к нему Сергей. – Он в сознании?

Тот пощупал у пациента пульс, приподнял веко, после чего выдал нерадостный вердикт:

– Уснул. Организм ещё довольно слаб и находится под действием препаратов. Придётся вам, знаете ли, перенести беседу. Приходите утречком, после обхода.

Делать нечего, Сергей вернулся в отделение ни с чем. Выслушал ворчание Михалыча, написал ещё один рапорт о неудачной попытке контакта с потерпевшим.

Заодно составил запрос в УМВД по Коломенскому городскому округу на «Ярославина Романа Игоревича 12.01.1985 г.р., уроженца г. Коломны». Надо же было выяснить его адрес, место работы, ближайшие связи, наличие компромата, а главное – как он оказался здесь. Ермаков сильно надеялся, что всплывут знакомства Ярославина в Перемышле. Будет за что зацепиться. Пока же везде по нолям, а сам потерпевший, похоже, ему не помощник.

Лёг спать прямо в кабинете, на старом, видавшем виды диване. Утром его разбудил Селивёрстов, шумно ворвавшийся на рабочее место вместе с Колей Брагиным, опером по тяжким. Последний, как выяснилось, уже готовился забрать материал по Ярославину из дежурки. Ждал только резолюции начальства.

Скоро должен был подойти рыбак, с которым договорились ехать на Жиздру. Служебный транспорт для выезда обеспечивал Брагин.

Глянув на заспанного Сергея, Селивёрстов сжалился:

– Оставайся, Серёга.

Мы сами съездим, а ты отдыхай.

– Ладно, езжайте. А я ещё в больничку схожу. Ярославина так и не опросил.

– Во-во, давай, – немедленно согласился Андрей. – Разделимся, больше сделаем.

Когда они, наконец, уехали, наступила долгожданная тишина и полнейшее спокойствие. Чтобы снова не уснуть, Сергей выпил крепкого кофе и отправился в ЦРБ – третий раз за сутки.

Артур Генрихович уже сменился, поэтому Ермакова встретил незнакомый молодой врач, рыжеволосый и с мальчишескими веснушками на лице.

Голос, однако, был у него низкий, рокочущий. С таким в опере выступать надо. Стяжал бы славу.

– Странный этот ваш Ярославин, – гудел хирург, сопровождая Сергея в палату. – Такое впечатление, что многих элементарных вещей не знает. Всему удивляется. Так переполошился на утреннем обходе, когда мы к нему вместе с Артуром Генриховичем и завотделением вошли. Ещё и медсёстры с нами. Кажется, что никогда в своей жизни он сразу столько белых халатов не видел.