Последствия хандры

Это ж надо, Бармаглотом нас обозвать. Слышь, Барм? Мы с тобой Бармаглоты.

До меня, наконец, дошло. Барм и Глот – вместе Бармаглот. Одним именем окрестили сразу двух магов. Магов? Ну, да. Кем ещё могут быть эти странные старикашки, живущие в не менее странном поместье.

– Да вы присаживайтесь, Дмитрий, – Глот любезно предложил мне свободное кресло. – Не каждый день к нам такие гости захаживают.

Не заставив себя ждать, я опустился на мягкую обивку, едва в ней не утонув. Попробовал расслабиться, но спина неудобно согнулась, а сломанная ключица тут же напомнила о себе острой болью.

– Так вы мне поможете? – спросил я, не зная к кому конкретно обращаться.

Мельком глянув на безучастного Барму, который отрешённо смотрел на огонь в камине, Глот разочарованно вздохнул:

– Видите ли, Дмитрий, беда в том, что вы появились из той части здания, за которую отвечает мой разлюбезный братец. Не скажете, кстати, как она вам показалась?

Вот же блин! Что ему ответить? Скажешь правду – чего доброго, обидится, тогда никакой помощи не жди.

– Ну, постройка хорошая, надёжная, – начал я осторожно, наблюдая за реакцией собеседника. Он стоял напротив меня и внимательно слушал, сложив руки на груди и чуть склонив голову набок. – Просторно, площадь приличная. Планировка неплохая. Только запущено малость, а так…

– Не малость, уважаемый. Далеко не малость, а самая настоящая многость! Этот бездельник, – указательный палец в сторону брата, – совсем забросил хозяйство.

– Тебе бы столько разочарований, что выпали на мою долю, – вяло обронил брат, не поворачивая головы и не меняя расслабленной позы.

– И в чём это ты разочаровался, позволь узнать?

– Во всём, – Барм, наконец, перевёл взгляд на Глота.

– Они-то чем тебе насолили?

– Они эгоистичны и тщеславны. Они вобрали в себя все пороки, какие только есть на свете. Им нет дела до кого-то другого. Всё, что делают эти существа, продиктовано лишь одним – удовлетворением собственных потребностей. Чего стоят их желания! Богатство, успех, вечная молодость… И только себе. Ничегошеньки ради кого-то другого.

– Можно подумать, ты не для себя стараешься, – хмыкнул Глот.