Пять невест ректора

В моем понимании совершенно все, кроме нави, должны были трепетать перед этим умертвием.

Впервые закрались подозрения о том, что скорее всего эти двое – очень-очень давние знакомые. Потому как вряд ли обычная домовая стала бы так себя вести.

– Неужели перестала обижаться? – выгнул серебристую бровь некро-эльф, с теплом глядя на мелкую служанку.

Мне внезапно стало завидно. На меня он в любых ипостасях смотрит так, что хочется помереть самостоятельно, чтобы не утруждать сиятельного лорда своим убийством.

– Нет, не перестала, но накормить это святое, – вздернула курносый нос домовая.

– Ты меня балуешь, – обаятельно улыбнулся упырь в ответ и, подхватив вилку, аккуратно подцепил кусочек… сырого мяса.

У меня отвисла челюсть.

Мясо было нарезано настолько тонко, что были видны все его прожилки. Заглянув в тарелку, я увидела россыпь таких же пластиночек, политых соусом и посыпанных мелкой ореховой крошкой, а также украшенных зеленью.

– Ну как? – затаив дыхание, спросила домовая.

– Булочка, ты бесподобна, – с благодарностью посмотрел на нее упырь и отправил в рот второй кусок.

Видимо выражение моей морды было очень говорящим, так как ректор покосился на меня и спокойно пояснил:

– Я по-прежнему люблю вкусную еду. Другое дело, что из-за особенностей не-жизни, я могу питаться в основном сырым мясом.

– Но орехи… соусы, – я развела лапками и махнула хвостом в сторону укропа. – Зелень!

– В таких мельчайших дозах вполне расщепляется на чистую энергию. Я же как-никак реликтовый и уникальный.

– Ага…

Я пристально смотрела на мужчину.

Сейчас, в ярком свете, сидящий на простой лавке на самой обыкновенной же кухне, он казался… словно вырванным из сказки персонажем.

Воин. Красивый, остроухий, серокожий, красноглазый…

И кухня!

– Поела? – он внезапно повернулся ко мне, отвлекаясь от диалога с домовой.

– Да.

Я по-прежнему была не в силах сформулировать более распространенные предложения.

– Ну и отлично, – упырь встал и положил ладонь рядом со мной, предлагая забраться самостоятельно. Я осторожно поставила лапку на прохладную кожу и со вздохом перебралась вся.

Сибэль и Таль попрощались с Булкой Никаноровной и вышли из кухни.

Некоторое время мы в тишине шли по коридорам Академии. Достигли главного зала. Огромные двустворчатые двери судорожно распахнулись перед нами сами-собой.

– Боятся, – задрала довольную морду навь и резюмировала.