Он же капрал Вудсток

Что?… Как я тебя назвал?… Па-ра-зит! Фюрера нет в Берлине? А где он? У, сбежал, гад?… Ты не обязан мне отвечать?… Алло! Передай своему фюреру, что представитель Красной армии предлагает ему немедленно капитулировать. И чтобы безоговорочно!.. И еще хочу спросить: заказал ли фюрер себе гроб? Пора, говорю!.. Наши уже ждут. Как говорил Шиллер: «Я знаю своих молодцов!» До встречи в Берлине!

Разведчик взглянул на барона, обрюзгшее лицо которого стало иссиня-багровым – вот-вот хватит апоплексический удар. Монокль барона давно выпал из глаза…

– Не забудьте уплатить за междугородный разговор.

– Но ведь гестаповцы уже установили, что вы говорили по моему телефону!.. – сдавленно прохрипел барон.

– Не сомневаюсь в этом, – заулыбался Евгений, наматывая на кулак телефонный шнур. – Поэтому не смею задерживать вас. Надеюсь, вы извините меня за эти мелкие неприятности.

С этими словами он с силой дернул телефонный шнур, вырывая его из аппарата.

– Это для того, чтобы вы не спешили со своей реабилитацией, герр оберст. Я советую вам хорошенько продумать вариант защиты. Думаю, что сердитые господа из гестапо, учитывая близость Позена, приедут сюда не позже чем через час. Они наверняка спросят, куда я ушел. – Он аккуратно стер отпечатки пальцев с телефонной трубки. – Так скажите этим господам, что я иду по следу фюрера. За сим – ауфвидерзейн! Извинить за беспокойство не прошу.

– Вы меня хотя бы связали, молодой человек…

– Простите, барон, образование не позволяет. Я по возможности избегаю грубого насилия. Ограничусь тем, что суну кляп вам в рот и запру вас в вашей спальне.

– С меня спросят гестаповцы…

– Разберутся. Это их призвание.

– Ох, вы не знаете гестапо.

– Ошибаетесь. Уж кто-кто, а я знаю гестапо слишком хорошо.

– Я уже давно забыл, как пахнет бензин. Мне отказали в пайке. Не верите, можете заглянуть в гараж.

– Придется позаимствовать одну из ваших лошадей… Прощайте!

Дмитрий и Пупок немало удивились, когда Евгений прискакал в лес на чистокровном скакуне тракененокой породы, рослом кауром жеребце, с двумя альпинистскими рюкзаками, набитыми разной снедью. Сбросив рюкзаки к ногам остолбеневших друзей, он соскочил на заиндевелую землю.