В ожидании весны

– Свинство! – сказал Арам. Они шли в сторону метро, и Арам Назарян, красавчик «АН», как все его называли, бросал свирепые взгляды на прохожих. – Второй месяц не получаем зарплаты! – Он был похож на какого-то рьяного деятеля профсоюза. – Послушай, если у тебя есть немного денег, мы купим по пирожку, прежде чем пойдем домой. У тебя есть деньги?

– Нет, – ответил Ваге Саакян.

– Тогда извини, я куплю себе один, а то я до дому не доберусь.

Ваге подождал, пока друг покупал пирожок у какой-то старушки, утверждавшей, что ее пирожки самые свежие и вкусные во всем этом районе, и они отошли в сторону.

– У тебя дела совсем плохи, да? – спросил Арам. – Культурных событий становится все меньше и меньше, тогда как криминальных все больше…

– Что же ты жалуешься? Ты должен быть доволен, – сказал Ваге, но Арам обиделся:

– Зря ты так говоришь. Очень зря.

Потом он предложил Ваге поехать к нему в гости, но тот отказался, потому что не успел бы вернуться к себе домой на метро, которое закрывалось в девять.

 AN не стал настаивать и, доев пирожок, попрощался, сказав, что свинство было их задерживать в редакции до семи. Ваге согласился с ним и пошел домой, который был, слава богу, близко. Дома его ждала Тагуи, его «кусочек солнца», по выражению Тиграна. Она была больна и лежала в постели.

– Ну, как ты? – спросил он.

– Ничего. Температура спала.

– Сколько?

– 38,5.

– Прогресс, нечего сказать!

– Почему ты опоздал? – спросила жена. Ваге переодевался.

– Потому что наш шеф – идиот! – И Ваге рассказал обо всем Тагуи, добавив к тому же пламенные речи Арама Назаряна.

– Слушай, а может, тебе зарплату повысят? – предположила Тагуи.

– Вряд ли. К тому же если даже повысят, то все равно все съест инфляция, продукты тоже подорожают. А вообще давай не говорить о работе и инфляции.

– Это ты начал об инфляции и еще о повышении цен.

– В таком случае извиняюсь, – сказал Ваге. – Где твои родители?

– Я тебя извиняю, – пошутила Тагуи и закрыла глаза.

 – Опять у родственников. Смотрят какой-то сериал.

Ваге вспомнил, как себя чувствовал неделю назад, когда у него тоже была температура 38,5, и понял, что жене сейчас очень плохо.

– Я тебе принесу чаю, – сказал он.

– В термосе есть кипяток, налей оттуда. А чайник поставь на плиту.

Ваге сделал, как сказала Тагуи, и вернулся в комнату с двумя стаканами чая. Ему не хотелось чаю, но он налил и себе.

– Сядь. Я поправлю тебе подушки, а потом будем пить чай.