Противоположности. Рисорджименто

Почему-то первой пришла мысль, что он мне просто пригрезился, а то, что выглядел как Иван Молодой – так это антураж общей обстановки сказался. – Если вы принимали тот отвар, что я готовил вам ежедневно и ничего не произошло, то все мои знания в этом вопросе закончились.

– Я принимала… Дьявол! – я резко вскочила с пола и пронеслась мимо остолбеневших мужчин на выход из палаццо, полностью теряя связь с реальностью. Если это ребёнок выживет, то станет неподъёмным для меня якорем, заставляющим находиться на одном месте, и забыть о своих планах в отношении Людовико и Чибо.

На выходе я вырвала поводья чёрного жеребца Риарио, с которым у меня сложились хорошие отношения ещё при жизни его хозяина, из рук замершего Джакомо, и, вскочив в седло, понеслась в направлении ратуши, благо центральные ворота были открыты, ведь первая партия вещей в сопровождении наёмников уже вышли за пределы палаццо.

Народу на дороге было много, и они, как могли, расступались, пропуская меня, но всё равно пришлось замедлить шаг, чтобы ненароком никого не растоптать, сомневаюсь, что, если я кого-нибудь из зевак случайно убью, карма и народ моего города скажут мне спасибо.

Пока я ехала, появилось время подумать, как я так залетела, в прямом смысле этого слова. Паника и истерика ушли, оставив после себя только холодную ярость. Прокрутив последние несколько месяцев в голове, я нашла ответ на главный, мучивший меня всё это время вопрос: когда. Я вспомнила, что меня лишили всех трав и отваров, на которые после ранения, Вианео подсадил меня.

Скорее всего, это был какой-то обезболивающий наркотик, потому что ничем иным его зелье быть не могли: сознание было спутанное, настроение хорошее, а болей никаких не было.

Моё неадекватное поведение и зависимость от лекарства заметил Джироламо и запретил вообще что-либо мне давать, пока вся дрянь из организма не выветрится. Логично, что после этого я стала злая и раздражительная, а боли вернулись с новой силой, хотя рана зажила и не должна была о себе вообще давать знать.

Мы тогда ругались, сильно и часто, и однажды мой муж не выдержал и ушёл, хлопнув дверью, потому что прекрасно понимал, с чем связаны мои перепады настроения, и просто не хотел лишний раз трепать себе нервы.

Вот тогда меня словно отпустило, раскаявшись, я побрела просить прощения, и в его комнате увидела нелицеприятную картинку, как он обнимается с какой-то служанкой, лица её тогда не разглядела.