Чумные ночи

– Да будет вам известно, господа, что эпидемия возникла не по вине властей! – парировал губернатор.

Члены комитета еще некоторое время пререкались друг с другом. Наконец Сами-паша, желая пресечь разгорающуюся панику, провозгласил:

– Будет уместнее, если мы продолжим разговор завтра утром! – и, резко поднявшись с кресла, свойственной ему семенящей, но стремительной походкой вышел из высоких дверей кабинета.

Глава 19

Покинув кабинет, губернатор первым делом заглянул в соседнюю комнату, где слуги, правильно рассчитавшие, что заседание затянется до позднего часа, расставляли керосиновые лампы в изящных грушевидных абажурах с цветочными и лиственными узорами и готовились угощать членов комитета хлебом (с оливками и тимьяном), который по приказу начальника гарнизона доставили из военной пекарни.

Потом он спустился по лестнице во внутренний двор, где толпились клерки, жандармы, сотрудники консульств, охранники, журналисты, военные и молодые священники. Некоторые присели на расставленные вдоль стен стулья и скамьи. В воздухе стоял запах дезинфицирующего раствора, которым старательные пожарные от души поливали всех входящих.

Усевшись в кресло, он стал читать записки, положенные секретарем на стол, и сразу понял, что очень многие не последние на Мингере люди, как мусульмане, так и христиане, просят его оказать содействие в поисках местечка на каком-нибудь из отправляющихся с острова пароходов. Билетов не осталось! Это значило, с тревогой понял Сами-паша, что с острова бегут и его резиденцию осаждают просители, слуги и швейцары из богатых домов в надежде получить билет от него, губернатора.

Тут паша заметил на столе телеграмму и, еще не отдав ее секретарю на расшифровку, догадался, о чем она: да, супруга снова вдруг решила приехать к нему на Мингер. Наверное, до особняка в Ускюдаре еще не дошли вести об убийстве Бонковского-паши и о том, что на острове эпидемия? Или, возможно, Эсма-ханым желает сказать, что не может оставить его одного в такое тяжелое время и готова самоотверженно разделить с ним все, что ему суждено пережить? Сами-паше вспомнилось обычное, терпеливое и заботливое выражение ее лица.

Губернатором Мингера он был назначен пять лет назад. Албанец по происхождению, он молодым человеком в силу случайного стечения обстоятельств попал в Египет, где его взяли работать во дворец хедива[89 - Хедив – титул вице-султана Египта, существовавший в 1867–1914 годах.].