Игра с кумом. Повесть

 – Вот же стойкая дама, и вас кормит-поит, и еще преподает философию… а слышал, что передали про наших болванов?

На даче Евгений Иванович переходил с родного телевидения на вражеские голоса, потому что западные станции ловились на «Спидолу» лучше, чем телеканалы – на переносную антенну.

– Да, анекдот, – продолжал Евгений Иванович. – Мужик сидит в метро, напротив него другой, с некрологом в газете. Мужик его спрашивает… – Евгений Иванович изобразил молчаливый вопрос. – А тот отвечает. – Евгений Иванович отрицательно покачал головой.

 – Довели страну. Неудивительно, что у меня похитили изобретение.

Приезжая на дачу, Денис всякий раз клялся, что приободрит отца, но только закисал сам. Он пробежался по всем семейным новостям, упомянув даже друга Риммы Борисовны, Аркадия Львовича, которого ироничный шурин Андрей называл амантом. Амант, презираемый семьей, привечал Дениса как собрата по домашнему остракизму. Исполнив сыновнюю повинность, Денис сбежал от отца в кухню и подавился полусырой перловой кашей, которую безрукая Таня патологически не умела готовить.

Пахло плесенью и керосином, под крышей свистел ветер, где-то дребезжал наличник, и Денис не находил себе места. Он поднялся в недостроенный этаж, где Таня разместила гостью. Под стропилами было тепло, в буржуйке трещал огонь, а Марго сидела на полу и собирала рассыпанные монеты. От ее темного, выразительного лица исходил жар, и вдруг что-то случилось: Денис наконец почувствовал себя дома.

– Извини, так получилось, – проговорил он, заикаясь. – Я не знал…

Он примостился на лавке, пригрелся, и вдруг его прорвало: он заговорил с Марго, будто знал ее много лет. Он рассказал, что любит жену, но мается в тещиной квартире, которую семья сохранила с тридцатых годов, несмотря на гримасы истории, – и что его теща, коренная москвичка, гордится, что выросла в старинных переулках и не знает панельных казарм, уродующих душу. Что в ее доме царит культ ее репрессированного отца и она готова на все, чтобы прояснить его биографию.

Что на этой почве он, архивный служащий, сошелся с Ингой, а теща – с Аркадием Львовичем, которого она выловила на бульваре, зацепившись языком. Что ему хочется своего дома, но его зарплата в жилищно-коммунальном репозитории так смехотворна, что кооператив ему не светит. Что только Аркадий Львович не глядит на него свысока, потому что интересуется историей.