Берсерк

Олав поднялся, вгляделся вдаль и подтвердил:

– Берег страны вендов[43 - Здесь – земли рядом с Польшей (между Польшей и Германией).].

На берегу располагалось небольшое вендское селище. На отмели с баграми и веревками в натруженных руках стояли молчаливые мужики. Они ждали нас…

– Готовиться к бою! – приказал Олав.

– Не спеши. – Бьерн передал руль Болеславу, слегка отстранил молодого хевдинга и вышел на нос.

– Мы с миром, – сказал он по-словенски, а потом тряхнул головой и перешел на урманский. Кормщик говорил так быстро, что я не разобрала ни слова.

– Что там? Что там? – затормошила я Изота. Лив улыбнулся:

– Они примут нас.

Нас действительно приняли. Венды помогли воинам вытащить драккары, принесли дров для костра и даже поделились сухой одеждой. Ночь мы провели на берегу, а наутро Бьерн отправился в селище просить у местных помощи в починке драккаров.

– Вас просит об услуге Олав, сын конунга Трюггви, – сказал он, – а я всего лишь передаю его слова. Сын конунга щедро заплатит за работу!

Селищенские мужики негромко переговаривались, ковыряли носками сапог землю, почесывали лохматые бороды и ничего не отвечали.

– Что же сказать моему хевдингу, люди? – устав ждать, обратился к ним Бьерн.

Из толпы выступил темноглазый, еще не старый жичок в потертом зипуне и, огладив бороденку, хмуро хмыкнул. Я вздохнула. Взгляд венда не предвещал ни чего хорошего. «Откажет, – думала я, – непременно откажет. К чему мирным селищенцам возиться с пришлыми воинами? Ведь еще неизвестно, чем они отплатят за доброту…» – В общем, так, – неожиданно низким голосом сказал мужичок.

Он махнул рукой, и вперед шагнули сразу несколько селищенцев. Бьерн кивнул, а мужичок деловито засопел и пошел вдоль рядка своих родичей, доходчиво разъясняя, что умеет делать каждый из них. Бьерн долго рассматривал ладони корабелов, расспрашивал и наконец выбрал троих – низкорослого Вешка, толстенько похожего на праздничный калач Броня и широкоплечего угрюмого Мёслава.

–Что надулись?! – прикрикнула на них Марша. —Какие же из вас хозяйки, коли на гостью, будто на врага, глядите?

Одна из девиц встала и неохотно поклонилась мне в пояс.