Александр и Таис. История одной любви. Книга первая. Том 2

– Вот это новости! А я считал, что мой незримый образ всегда в твоем сердце, – пошутил Александр вопреки ее патетике, но потом прибавил другим тоном: – Ну, иди ко мне. Давай мы вместе возьмем тебя в руки.

– Я отвратительна, я мучаю тебя, ты ненавидишь меня…

– Нет, нет и нет, – лукаво ответил Александр.

– Хоть бы ты плохим со мной был, что ли! Чтобы я на тебя за что-то злилась! – воскликнула Таис.

– Давай я тебя зло укушу за нос.

Таис рассмеялась, тяжко вздохнула и крепко обняла его.

– Я мучаю тебя…

– Да, мучай! – позволил Александр, и Таис опять рассмеялась.

– Как я ненавижу себя за эти вечные слезы!

– А я – нет! – беспечно отозвался Александр. – Я люблю тебя всю и каждую слезинку в том числе, – он улыбнулся. – А что касается «не могу», я тоже часто «не могу», но приходится через «не могу» и получается «еще как могу!» Потому что мы действительно можем гораздо больше, чем предполагаем. И потом, надо уметь себя настроить – например, заменить неприятное «я должен» на приятное «я хочу».

– Армия, война, снабжение, сражения, неизвестность, – упавшим голосом сказала Таис.

– Все так, кроме неизвестности. Мне известно, что все будет по-моему. Но факт остается фактом – впереди наиболее дикие народы и земли, а значит, новые задачи и новые решения.

– Новая игра, как ты говоришь…

– Новая игра звучит лучше, чем новые трудности, – быстро вставил он, – и мне надо иметь ясную голову и хладную кровь, а для этого я не должен о тебе беспокоиться.

– … будь умницей.

– Да. Ты помнишь наш разговор в Эфесе? – неожиданно спросил царь.

– Про твои любимые запахи?

Тут Александр расхохотался от души и надолго.

– Про цели моей жизни! – он сокрушенно покачал головой. – Ай-яй-яй, девочка моя сладкая. Девочка, она и есть девочка! Что мне с тобой делать?

Так она осталась в обозе, а он – ее любимый, неистовый, неукротимый как буря герой, ушел, ушел, ушел.

Геро, ходившая к начальнику сопровождения узнать, есть ли почта и новости, вернулась к ужину ни с чем и на вопрос Таис, как она думает, почему Афродита мучила Психею, прагматично заметила: «Бабкой не хотела становиться».

Сегодня почты и новостей опять не было.