Воин и дева. Мир Николая Гумилева и Анны Ахматовой

Но сделал хитро: послал сборник Андрею Горенко, будучи уверен, что Аня стихи обязательно прочтет. Это была победа, ради которой, возможно, все и затевалось. Победа, ради которой Гумилев поспешил с изданием книги.

Одиночество

Между тем Аня с матерью живет в Евпатории и тоскует по Царскому Селу, по оставленным там. Она проходит дома курс предпоследнего, седьмого класса гимназии, пишет множество беспомощных стихов.

Она никогда не занималась рукоделием, не шила, предпочитая всем женским делам зимой коньки, а летом плавание и велосипед, и всегда – книги.

Что было ей делать в глуши, в провинции, долгими зимними вечерами? Бродила у моря, читала, писала стихи. Кокетничала с домашним учителем и поэтом Федоровым, увлеченным шестнадцатилетней русалкой.

Весной 1906 года Аня с тетушкой поехала в Киев, чтобы держать экзамен в гимназию. Там жили родственники Инны Эразмовны, ее сестра с мужем. Так Анна покинула родной дом, которого уже, по сути, и не было. Она поселилась в доме тетки Анны Эразмовны Вакар.

В мае сдавала экзамены за седьмой класс в Фундуклеевскую гимназию. Поступила в восьмой, последний класс.

В это время Гумилев сдавал выпускные экзамены. Готовиться к ним начал за несколько дней до первого экзамена, но тем не менее сдал и получил аттестат зрелости.

В апреле Гумилеву исполнилось двадцать лет. Он уже автор целого сборника стихов и публикаций в любимом журнале «Весы». В альманахе «Северная речь» напечатаны его стихи наряду с произведением И. Ф. Анненского «Лаодамия». Отдохнув немного в имении, в конце июня 1906 года он отправился учиться в Сорбонну.

В Париж!

Аня провела июнь в Люстдорфе под Одессой у сестры отца, затем вернулась к матери в Евпаторию. 15 июля умерла от чахотки ее сестра Инна. Это лето для Ани было трагичным. Лето потерь, искушений и борьбы с одиночеством. Страстная натура вступала в конфликт с благопристойностью, с общепринятым. Да и внутренняя борьба, очевидно, была нешуточная. Своевольная девица курила, кокетничала, дерзила, интересничала, но жестоко страдала от одиночества и тоски, от неразделенности, от невозможности хоть кому-то открыться, от своей полувыдуманной идеальной любви к Голенищеву-Кутузову.

Со зла говорила, что никого не любит, делала себе больно, чтобы было хуже.

Летом в Евпатории она предприняла попытку самоубийства. Хотела повеситься, но гвоздь выскочил из известковой стены. Инна Эразмовна плакала, Ане было стыдно и скверно. Она делала ошибку за ошибкой и болезненно переживала каждую.