Потерянные судьбы. Роман

 – Зови её сюды, шельму!

– Э-э, погодь-погодь, соседушка, ты чаво буянишь? Чаво случилося? Ежели бабы чё и не поделили, то нам с тобою в энтой своре делать неча…

– Твоя баба везде свой длинный нос суёть! Хочу ей объяснить, шо клеве?тничать на соседа – енто последнее дело!

– Енто когда ж моя жёнка клеветой кидаласи? – Порфирий состроил удивлённое лицо, но от страха попятился назад.

– Ты, сучье вымя, с конюшни поло?ву и зерно прикарманиваешь, а виноватый я?

– Чу, енто када я таким гнусным делом занималси?

– В прошлом го?де… Запамятовал? Я же тебя прикрывал… – Ваня ударил кулаком в открытую дверь.

– Ну, будя, будя… А шо Стеша тебя закладывала – ентого не могёть быть.

– Она! Больше некому! – Ванька не унимался. – Зови!

– И шо енто мы туточки раскричалися? – Степанида с важным видом вышла на улицу. – И пошто, дорогой соседушка, в столь поздний час ты лишаешь нас спокойствия? Али жёнки дома нетути? Али прильнуть не к кому? Скучашь поди…

– Ты мне тута воду не мути! – Иван закурил папироску и уставился на хозяйку дома.

– Дык как жить, коли ты криком кричишь и дверь выламываешь?

– Признавайси, ты донесла на меня клевету?

– Ну, если и я, дальше чё? – Стеша встала в привычную ей позу, уперев руки в боки. – Грозить припёрси, не иначе… А будешь угрозами кидаться, я и до самой власти дойду! Найдуть на тебя управу!

– До какой власти, дура? – Ваня бросил бычок на землю.

Порфирий вышел вперёд, загородив собой жену.

– Ничо?го не знаем, мы люди честные, – зная, что Стешка заступится, Порфирий повысил голос и не заметил, как ляпнул лишнего. – Иди отсель подобру-поздорову… А то беды не оберёсси! То дети у них родются от полюбовниц, то водовка пропадаить…

– Агась, – рассмеялся Грищенко, поняв, что сосед проболтался. – Мало тебя Петровна по хребту охаживала!

– Какая водовка? – удивилась Степанида.

Глупой жене и невдомёк было, что её муж промышляет по чужим погребам, а потом ночами распивает горькую с посторонними.

– Порфирий, я шо-то не вразумею, – обернулась к мужу женщина. – Обоснуй…

– Стешенька, глупость усё енто, ты не слухай его. Ванька туточки тебе всякого нагово?рит, шоб с толку сбить, – замялся Трофимов.

– Так и думала, – повернулась Стешка к Ивану.