Вода

Как и все мальчишки, Антон практически не вылезал из воды, плескался, собирал ракушки, строил замки из песка. Он очень быстро научился плавать, родители тогда удивились, но приняли это за врожденную способность и даже родовую память – дед Антона по отцовской линии был олимпийским чемпионом по плаванию. В один из дней мальчик по обыкновению плавал. Некоторое время спустя мама позвала его к себе, сын забыл надеть кепку. Антон с неохотой вышел, но, получив защиту от палящего солнца, вновь побежал к воде. У самой кромки он вдруг остановился, постоял несколько секунд и вновь вернулся к маме.

– Тоша, почему ты не купаешься? – заботливо спросила мама.

– Там плохо, – только и ответил Антон. Он уселся на песок и стал рыть ямку, пытаясь добраться до воды.

Вскоре в воде послышались крики, кричали двое – мужчина и мальчик. Они находились на небольшой глубине, отец учил сына плавать. Сперва мало кто понял, что тогда произошло. Всполошился весь пляж, мужчине с сыном помогли выйти из воды и уложили на песок. У мальчишки по ноге текла кровь, у его отца в крови была вся ступня.

Уже потом стало известно, что мужчину и мальчика ужалил скат-хвостокол, еще называемый рыбой-кот, с ядовитыми шипами на хвосте, на которые наступил мужчина. От неожиданности и резкой боли он закричал. Затем послышался и крик мальчика, он пострадал от удара хвоста ската, но его рана по сравнению с отцовской была незначительной.

Скаты-хвостоколы редко появляются в столь оживленных местах. Как Антон почувствовал опасность? Его мать тогда задумчиво посмотрела на сына, но ничего не сказала. Вечером она рассказала об этом мужу, но тот лишь сослался на случайность. Вера Николаевна Сенина все равно не могла отделаться от беспокойства. Укладывая сына спать, она тихонько его спросила:

– Тоша, как ты понял, что в воде плохо?

Ну что ей мог ответить 4-х летний сын?

– Когда я купался, было хорошо, а потом я не хотел идти в воду, потому что там было плохо.

– Спи сладко, мой пловец, – и Вера Николаевна поцеловала сына в лоб.

Этот случай, как и любой другой в детстве, быстро стерся из памяти Антона. Аналогичных ситуаций было немало, они случались раз-два в год. Лет в двенадцать Антон стал осознавать, что такая интуиция – не есть норма у людей.