Тайны лабиринтов времени

Незнакомец стал пододвигать тело брата к огню, и я помог ему. Жар окатил меня, а брат, вновь проснувшись, закашлял и затрясся, казалось, что кашель выпрыгивает у него из груди без удержу. Тело его сотрясалось, и он никак не мог перевести дух. Незнакомец дал ему напиться, стал растирать грудь, разминал мускулистую шею, но ничего не помогало. Мелик вздрагивал, язык его вывалился. Незнакомец достал еще зерен, насыпал в череп, налил в него воды и, сделав отвар, напоил брата. Сев рядом с костром и, положив голову Мелика себе на колени, долго тер ему виски.

Будь жив отец, он бы сказал, чтобы Енох молится своим богам, а какие они у него, я не смог бы ответить на этот вопрос – даже самому себе.

Теперь, когда брат умирал, я вспоминал своих ледяных богов. Как давно верили и молились им люди его семьи, а семья у меня была большая. Я слышал только родительские рассказы о богах – и воспоминания захлестнули душу. В древние времена мои предки пришли из чудесной страны, вспоминал я голос отца, где много больших и зеленых деревьев, где нет голода и огромное озеро.

– На берегу этого озера и жили твои предки, Енох, – рассказывал отец. Озеро высохло – и все живое погибло. Семья ушла на земли, где росли другие деревья – тонкие и серые, и на той земле обитали небольшие и злые звери, одетые в шубы; там, на озере, таких животных не было, звери там жили большие и с голой кожей, а деревья были огромные и зеленые, небо же – голубое и прозрачное.

Я помнил только ледяных богов, они жили в темной, почти черно-синей глыбе льда.

Великими ледяными горами они выходили из темных недр и шли по земле, убивая все живое. Лед нависал над людьми высотой с сосну и полз, ужасая и давя всех живых. Лед был темный, почти черный, а когда боги начинали разговаривать, он трещал и стонал, а боги сердились и двигали лед вперед.

Кто же они – эти боги, и какие? Енох не знал этого, но вся семья молилась о спасении жизни, о еде и тепле, обращаясь к этим ледяным богам. Знал Енох лишь одно: власть их безгранична и всесильна. Богов нужно страшиться и поклоняться им, как молились на них дед, мама и отец.

Еноху иногда казалось, что он видит кого-то из них – огромное призрачное видение в человеческом облике, которое медленно двигается по леднику.