Невеста огненного дракона

Так обычно говорят любовницам. Да и в кровать мою он прилег наверняка не потому, что слишком притомился вертеться вокруг шеста… Стоп! А это вообще моя кровать?!

Я резко села, ошалело оглядываясь по сторонам. Вывод напрашивался сам собой: я проснулась в чужой постели, в чужой спальне и в чужом доме. Причем, дом этот выглядел весьма оригинально: каменные стены без отделки, тяжелые старомодные шторы, будто кто-то спер занавес из какого-нибудь провинциального театра, и огромный раритетный комод из красного дерева.

– Я – Лена, – представилась в надежде, что он тоже назовет свое имя.

– Знаю, – коротко отозвался он, заложив руки за голову.

Похоже, происходящее его нисколько не смущало, – он выглядел уверенным и спокойным. Что ж, по крайней мере, я не натворила ничего позорного. Или просто для него бухгалтерши в отрыве – обычное дело? Учитывая его профессию, вполне возможно…

– А ты?..

– Астор, – парень прищурил глаза удивительного янтарного оттенка.

Линзы, конечно.

Впрочем, не мне его судить, он ведь не силком меня сюда притащил. Скорее всего, даже очень старался в постели…

– Мы ведь предохранялись? – спохватилась я.

– Что?! – переспросил он с таким неподдельным удивлением, будто впервые слышал это слово.

– Ну, контрацепция… – я почувствовала, что краснею: как-то не доводилось мне заниматься секспросветом. – Я не забеременею?

– Ах, это! – мгновенно успокоился Астор. – Мы не спали вместе. Точнее, мы просто спали. Ты была слишком усталой, я не стал тебя тревожить. Но сейчас… – он провел рукой по моей спине, – я был бы не против…

– Подожди! – я убрала его руку и лишь тогда заметила на своем запястье широкий серебряный браслет.

Не совсем в моем вкусе, но очень изысканный… И работа такая тонкая – мелкие значки, вязь необычных узоров. Надо будет в понедельник поблагодарить девочек. Вспомнить бы еще, кто именно его подарил!

– Что-то не так? – Астор сел. – Тебе неприятно?

По правде говоря, мне было очень приятно. Даже чересчур. Одного его прикосновения хватило, чтобы по загривку пробежали мурашки, а в животе разлилась истома.