Мы люди… Мост

Ему хотелось быстрее поделиться такой важной новостью и рассказать, как он хотел стрельнуть из винтовки, да мама не разрешила взять, а вдогон ему неслись уже примирительные слова бабы Арины:

– А корова привязана?..

Затих звук ее голоса в кустах и деревьях. Напуганные криками, притихшие дети, словно цыплята, сидели возле молчавшей Фроси на полатях, но тут же выпорхнули вслед за выскочившим из землянки Змитроком.

Много разговоров вызвал в лагере пролет самолета. Военному человеку было ясно: немцы ведут разведку и для этого привлекли авиацию – значит, затевают серьезное дело.

Нервничал Устименко. Засада на дороге ничего не давала, о том, что делается в Новоселках и в Высоком, сведений никаких не было. «Иван Захарович дельное дело предлагал: надо объединять силы, вести разведку, в каждой деревне иметь своих людей, осваивать минное дело, а так – зарылись, как кроты, в землянки и ничего не видим». Только от таких дум становилось еще тоскливей. Думы эти нагнал на него пролет самолета над лагерем: получалось, немцы догадываются, где находится полк.

8

По своим предположениям и приметам Федор понимал, что они подходят к Лотошино. Их окружал молодой сосновый лес, в котором встречались кусты можжевельника и мелколесье, корни сосен причудливо переплетались, обнажившись от вешних вод и проливных дождей. Вдоль дороги тянулся невысокий песчаный взгорок, а по другую сторону в просветах деревьев виднелось зеленое поле, которому, казалось, нет конца и края. Дохнуло ветерком, Федор остановился – он уловил запах дыма.

– Кажется, дымом пахнет.

Его слова подтвердили и остальные. Такая незначительная деталь, как запах дыма, изменила настроение людей. Они двинулись дальше, запах усиливался. Федор предложил пройти чуть правее, там за поворотом уже будет видна деревня. Песчаный взгорок делал завиток в сторону леса, и отряду пришлось спуститься в низину, где среди сосен росли молодые осинки и березки.

– Надо бы подойти ближе к деревне, – останавливаясь, произнес негромко Грушевский. Лукин кивком головы согласился с ним.

– Я схожу туда и проведу разведку, мне здесь все знакомо, – прозвучал голос Федора.

Возникла небольшая перебранка, кому идти в разведку. Лукин направил троих: Федора, Грушевского и Ваню, а остальным объявил привал.