Сосна у дороги

Дыхание его становилось спокойным, порой казалось, что он не дышит, а то он вдруг начинал мурлыкать только ему ведомую песню, то губы его шептали непонятные слова, как будто он разговаривал сам с собой. В такие минуты возле Остапа мог находиться только Анисим, и то, когда его гармонь издавала любимую мелодию.

В один из осенних вечеров Остап топил баню и запаривал прутья и лыко в дубовой бочке. Он уже сидел в предбаннике, потный, в подштанниках, длинном фартуке и суконных рукавицах, и сортировал горячие прутья, когда туда вошли Демидка и Коля.

Остап, увлеченный работой, от неожиданности вздрогнул и недовольно посмотрел на вошедших сыновей. И тут же почувствовал, что пришли они не зря. Он крякнул, отложил в сторону отбракованные прутья, давая понять, что он готов их слушать. Переминаясь с ноги на ногу, заговорил Демид, глаза его стали круглыми, на лице выступил пот, видно было, что он сильно волновался.

– Тата, мы будем вступать в комсомол и будем готовиться поступать на рабфак, – промолвил он и замолчал, не сводя глаз с отца.

Колька тоже стал переминаться и добавил:

– Подготовимся и поедем учиться на рабфак.

– Вон чего вы удумали, а чего откладывать, сейчас и езжайте поступать на этот рабфакт или как его там, и в комсомол свой там вступайте, проку от вас мне никакого, – распаляясь, перешел на крик Остап.

– Тата, мы хотели разрешения попросить, – несмело промолвил Демидка.

– А чего меня спрашивать, я же безграмотный, а вы вон какие грамотеи! Вдруг в разговор вклинился Коля, лицо его вытянулось, он весь покраснел и выпалил:

– А в деревне говорят, что ты, тата, живешь как кулак, единоличник и тебя надо раскулачивать.

Не сдержался Остап от таких слов, потом и не помнил, что кричал и что делал. А жена сказала, выгнал сыновей из дома. Они и впрямь ему на глаза не показывались, да и Остап ушел надолго в лес, а когда появился в своей баньке, к нему зашел Антось. В тот вечер долго издавала его гармонь негромкие и жалостливые звуки.

А вскоре Демидка и Коля уехали поступать на рабфак и появились на подворье перед призывом в армию.

Глава третья

Потом, когда с потугами начала налаживаться колхозная жизнь, они с женой заговорили, что надо будет делать, как все люди делают, вот по осени и вступим в колхоз, договорились они. Только получилось все по-другому. Неожиданно не стало жены, а два сына Остапа проходили службу на дальних рубежах страны. Вот и остался Остап один.