Для кого встаёт солнце. Доблестным предкам посвящается

– Через два месяца приводите для снятия повязки, – сказал он, обращаясь к мужчине с женщиной. – И назначенную сумму не забудьте! Не соберёте к сроку – оставлю медальон себе!

Сегодня, когда ещё не наступило время снятия повязки, Натан выполнял посильную работу во дворе, пока Любомир продавал рыбу в городе. Рука зажила, и юноша в нетерпении ждал, когда уже освободится от наложенной врачом основы. Стана некоторое время смотрела, как он управляется ложкой, неуверенно удерживая её в левой руке.

– Не болит? – спросила она.

– Говорю же тебе, тётя Стана, – давно уже! Будь по-моему, так уже и сам бы эту штуку снял!

– Экий ты быстрый! – упрекнула женщина. – Вот сегодня продаст Любомир улов, завтра ещё, сколько недостаёт, у родственников займёт, а там и в Варну поедем. Потерпи, всё равно до оговоренного срока ещё целая неделя!

– Знаю, – буркнул Натан. – Вот только, как деньги соберёте, надо сразу, не дожидаясь означенного дня, к тому врачу идти. Мало ли что у него на уме.

– Не переживай попусту, так и сделаем, – успокоила юношу Стана.

Натан опустил раскрасневшееся от волнения лицо и молча доел кашу. Затем поднял голубые глаза на женщину и с юношеской горячностью заверил:

– Ты не думай, тётя Стана! Я те деньги за сломанную руку возмещу… Как только от этой штуки избавлюсь, так и заработаю!..

– Вот ещё! – прикрикнула женщина.

– И всё же мы эти деньги быстро вернём! – поправился Натан, говоря уже не только о себе. – Конечно, в море подольше бывать придётся, но и кроме рыбы есть чем в базарный день заработать! Я ведь грамоту хорошо разумею, могу письма на заказ писать. А нет, так счетоводом к какому купцу устроиться, настоятель меня весьма хвалил!

Стана, улыбаясь, склонила голову на ладонь и вздохнула.

– Какой же ты худой да низкорослый удался! Скоро время женой обзаводиться, да где тебе такую малютку найти?

– Найду, тётя Стана! – со всей горячностью заверил Натан. – Не только болгарские девушки есть на свете! Взять хотя бы Варну – вон сколько в ней гречанок, а они передо мной все в росте уступают!

Болгарка улыбнулась, но, решив не спорить, промолчала.