Для кого встаёт солнце. Доблестным предкам посвящается

 – Или ты русского не понимаешь?

Степь давно активно соседствовала с Русью, и множество кочевников, равно как и жителей приграничной Руси, прекрасно владели обоими языками. Милослав не знал тюркского, на котором изъяснялась вся Великая Степь, протянувшаяся от угорских степей до самого Жёлтого моря у границ Китая, но им вполне владела едва ли не половина его дружины. Прежде чем ответить, половец сделал попытку подняться на ноги, но она тут же была пресечена теми же княжескими отроками.

– Звать меня Кубар, старший коша Тугоркановской орды, – на русском, совсем без акцента ответил он, стараясь придать ослабевшему голосу больше твёрдости.

 – Я не знатен и к ханскому роду отношения не имею, так что выкупа за меня, князь, не жди.

– Что привело вас, разбойников, в земли Святой Руси?! – громко, чтобы слышно было всем столпившимся воинам, вопросил князь.

Кубар ответил не сразу. Некоторое время он размышлял, стоит ли вообще отвечать на вопросы, ответ на которые и без того известен всем присутствующим, но всё же произнёс:

– Известно что: нажива в лихом набеге, удаль молодецкая да удача воинская!

По плотным рядам русичей пронёсся недовольный шум, но сразу стих при словах князя:

– На кол всех!

Услышав команду, один из удерживающих половца отроков подтолкнул другого, и тот помчался в сторону в поисках подходящих стволов.

Озвучив своё решение, Милослав рассчитывал на безоговорочное одобрение своей дружины, но с удивлением отметил, что она придерживается другого мнения. Воины, от простого ратника до старшего дружинника, молчали, потупив хмурые лица.

– Негоже так, княже, – тихо промолвил подошедший воевода. – Не приличествует так с воинами.

– Тогда как?! – воскликнул князь, обращаясь ко всей дружине. – Как с ними поступить?

– На кол, может, и не за что, но голову долой! – крикнул кто-то из-за спин.

– Добро тебе полоном разбрасываться! – не согласился с ним другой. – Щедротам княжеским, чай, рад, ведь о деньге голова не болит!

– Что рядить, всех мечу предать, и вся недолга! – послышался третий голос.

– Пошто заведённое менять? – выкрикнул кто-то. – В Корсунь их, караимам на продажу!

Мнения разделились, и вспыхнул спор, к которому внимательно прислушивались с десяток половцев, собранных вырьевцами на поле боя. Они, получив лёгкие ранения, уцелели и теперь гадали, к лучшему ли такой поворот судьбы. Среди поднявшейся разноголосицы трудно стало разобрать отдельные фразы, и воевода не выдержал.