Пока поют соловьи

О чем он думал? Что выражало его лицо в этот миг? Этого женщина не знала, а занавеска сказать не могла, и ветер, который с ней играл, тоже. Оба они были молчаливыми свидетелями темной комнаты и двух людей, договорившихся о чем-то, но пока размышляющих каждый о своем.

Вдруг мужчина заговорил. Его голос больше не был насмешлив, но был тороплив и волнителен. Иногда он сбивался и тогда умолкал. Незнакомец словно сбросил маску, под которой скрывал истинную причину своего визита, и не поверить ему в эту минуту было невозможно.

Было видно – оказался он здесь неслучайно. И теперь мужчина с трепетом говорил:

– Мадмуазель, позвольте продолжить мне. Простите за мой поздний визит и столь необычное появление… Дело в том… Когда я узнал, что вы находитесь здесь – был крайне удивлен. Был поражен, шокирован… Я знаю вас давно. Видел не один раз в той прошлой жизни. Я за вами наблюдал не один год и хочу признаться – я ваш поклонник… Нет, не так… Ваш почитатель. Нет, снова не так… Сейчас объясню… Все началось, когда я впервые увидел ваши работы.

Конечно, поначалу они меня взволновали, но узнав, что их автор женщина, я был потрясен. Такое невозможно! – говорил я себе. – Такого не было, и быть не должно. Мне стало невероятно любопытно – женщина-скульптор! И тогда при случае я решил вас разыскать. А когда мне это удалось…

Внезапно мужчина умолк. Какое-то время было слышно лишь его прерывистое дыхание.

– …я понял, что полюбил вас, – наконец закончил он.

– Вот дьявол. Только этого мне не хватало! – низким голосом резко отозвалась обитательница темной комнаты и засмеялась.

– Позвольте, не перебивайте, дайте мне сказать.

– Господи, как я сразу не поняла – ночью в сумасшедшем доме через балконную дверь вваливается какой-то тип… Эй, послушай, ты в своем уме – никого моложе себе не выбрал – мне не двадцать лет, даже не тридцать и не тридцать пять.

– Умоляю, дайте же мне сказать…

– Ты в состоянии выполнить свое обещание или все это бредни и пустой вздор? – снова оборвала она его.

– Да. Но прежде выслушайте меня.

– Только быстро – я не желаю долго терпеть. Говори – и покончим с этим. Сразу и сейчас.

– Конечно… Могу я пройти?

Все это время он стоял у балконной двери. Женщина жестом указала ему на кресло в глубине комнаты напротив себя. Он сделал несколько шагов и сел. Помолчав немного, снова заговорил:

– В тот день зачем-то я снова и снова рассматривал огромную скульптуру, с которой все и началось.