На новом поприще

Я не хотел, чтобы с Альнэей произошло то же самое, что и с Ювитией. Я знал, как коварны маги, их многоуровневые и многоступенчатые замыслы, чем дальше, тем все больше контролировавшие и влиявшие на жизни и судьбы свободнорожденных. Если бы не определенные успехи элтов, не изменения климата и гравитационных полей, не сбои в работе силовых систем Атласа и Атлазиана, то, возможно, на землях свободнорожденных и на всей Земле уже был бы установлен порядок темной силы и власти. А так у нас еще была возможность быть свободными, но в определенных рамках.

Правда, лучше так, чем жить рабами и подконтрольными существами.

В Ауромате во время командировки у меня состоялся разговор с еще одним элтом, который был не только правой рукой Зиагаарда, но и являлся продолжателем его дела. Речь идет о Киитле, уже основательно обосновавшемся и прижившемся в Ауромате, где он на новой почве продолжил обучение молодого поколения. Первый раз после долгих лет отсутствия по приглашению Киитла в один из осенних дней я пересек силовой периметр, окружавший недавно возведенные корпуса школы возле поселения Оулаай, где располагались дома учительского коллектива.

Мое появление было замечено еще на подступах к школьной территории. Тэрьен – информационное шарообразное устройство, сразу подлетело ко мне и загудело, замерев чуть в стороне над моей головой. После приветствия, голос устройства произнес:

– Необходимо пройти обязательную процедуру сканирования. Эдвин, оставайся на месте до ее окончания.

Пришлось ожидать. После сканирования и опознания в шаре развернулась картина местности и путь, который мне следовало пройти до точки прибытия. В соответствии со схемой я прошел внутрь школьной территории к корпусам. Новая школа была не такой, как та, в которой я обучался. Зданий было меньше, учеников тоже, но обстановка знания и обучения не изменилась.

Киитл вышел мне навстречу в окружении нескольких помощников, никого из которых я не знал. Мы мысленно поприветствовали друг друга, после чего Киитл провел меня в кабинет для беседы.

Наш разговор был недолог, но содержателен. Киитл умел разговаривать кратко, но содержательно. Он изменился с того времени, как я его видел в последний раз: стал еще суровее и спокойнее. На его лице я начал замечать морщины, которые раньше не пролегали на нем. Некоторая усталость присутствовала в его фигуре, но сила и свобода все также чувствовались в каждом его движении и жесте.