Миссия Прометея

Я даже Чу Инару предложил вместо меня годика два-три поруководить проектом, но Чу отказался, сославшись, как и ты, Ук, на дела. И что мне делать? Кого мне привлечь к делу?

– Ауроматовцев, – подсказал Ук.

– Это само собой разумеется, но мне нужны лица, способные думать и предвидеть замыслы врагов. Нам нужно эффективно противодействовать Итфарону. Если служба, которую он ведет, что-либо сможет против нас предпринять, тогда мы получим элосов с неясными внедрениями, и никто не будет знать, как эти внедрения в них проявятся со временем.

– Что предвидишь, эстарх? – поинтересовался Эрн.

– Есть две среды, используя которые, можно заразить или существенным образом повлиять на элосов: вода и воздух. С водой проще иметь дело. Отрави воду или придай ей особые качества и все то, что попадет с ней внутрь, произведет в организме такую работу, о результатах которой мы никогда не догадаемся. Проявятся эти результаты в будущем, куда попадут элосы, вполне возможно, что через несколько поколений.

– Раз ты знаешь, что может быть, значит, можно заблаговременно принять меры, – сразу же отреагировал Ук Таар.

– Уже занимаемся этим, – едва слышно уведомил эстарх и задумался.

– Что тебя еще беспокоит? – безошибочно определил Ук, что есть еще вопросы, волнующие эстарха.

– Со мной связывался Уран. Он уведомил меня, что у Итфарона сносит крышу. Если это так, то над всеми нами нависла еще большая угроза. Нет ничего хуже мозга со сбоями в программировании.

– Что хотел Уран? – поинтересовался Ук.

– Помощи и расположения. Уран не просил, даже не намекал на это, но честно предупредил, что он под ударом. А вот на что Уран намекнул, так это на то, что по поручению еще Исискрата он пытается каким-то образом воздействовать на Итфарона так, чтобы мозг смог выполнять и дальше свои функции в русле, заданном еще Исискратом. Я не стал разубеждать Урана в том, что это, по сути, невозможно.

– Итфарона надо вывести из строя. Лучше всего усыпить, но так, чтобы он сам дал себе команду войти в пассив, – высказал предположение Ук.

– Даже не годы, а десятилетия проходят с момента смерти некоторых особ, а то, что они производят, до сих пор мешает всем нам спокойно жить, – сделал вывод Эрн. – Иса нет, но детище его всерьез бедокурит.