Преданность Вере и Отечеству

Я не знаю, что они пили, что они ели, но они не уставали. Я ночью не могла спать. И другие жители, которые находились в центре, то же самое. Это бой в барабаны.

– Вы жили недалеко от центра?

– Да, я проживала на Рыбальского. Это недалеко. Но, тем не менее, если бы… это не под носом, это не под окном у меня было. Но я все это слышала. Это бесконечная гарь этих колес, этой резины, черная копоть в горле стоит. Эти крики. Конечно, им бесплатно молоко на майдане раздавали, чтобы выводить вредные вещества.

– Да. Слушаем. Алло, говорите.

– Алло. Здравствуйте. Я хочу сказать вашей гостье, чтобы она глазками не водила, а то она врет слишком много. Как психолог настоящий.

– А кроме этого вы можете еще что-то сказать, что именно вам не нравится? Бросила трубку.

– Ну, мнение человека, она, немножко, наверное, придерживается иной точки зрения.

– Да, конечно.

– Ну, это тоже имеет право на свое существование.

– Ну, наверное, вы правильно сказали, очень многие бы пересмотрели свои взгляды на происходящие события, если бы там побывали и увидели. Пока многие, не многие, а те, которые придерживаются поддержки прошедших событий в Киеве, они считают, что это была светлая еврореволюция. И вот мы, Украина, приблизилась к Европе, к европейским ценностям. Вот так считают. Поэтому и вот такие есть мнения. Вы упомянули, Наталья Владимировна, о той большой работе, которую вела прокуратура в эти месяцы.

– Ну, я думаю, и телезрители, и вы все видели разговор, ну, он себя обзывает Сашко Музычко.

– Сашко Белый.

– Да, Сашко Билый, как он общался с сотрудником прокуратуры и с автоматом приходил на заседание районной горадминистрации, на сессию.

– Да, это мы все видели.

– И прекрасно тоже в интернете видели лозунги и призывы Дмитрия Яроша, который у нас кандидат в президенты. Ну, понимаете, они не боятся. Они не боятся даже этого. Почему же, как же это можно тогда, как же это можно назвать? Какая ответственность, скажите?

– Хорошо. Вы, Наталья Владимировна, дали нам, собственно, крымчанам, пищу для размышлений, тем, кто не был там, но видел это только по телевизору.