«Дело» Нарбута-Колченогого

Вот, например, стихотворение «Пустыня сомалийская», несущее в себе все черты африканского быта:

По-звериному, не по-людски,

Чернокожие люди живут

В этой дикой стране, где пески

Только к тлену да смерти зовут.

Зноем выжжена всюду трава:

Пастухи гонят в горы овец,

Но природа и там не жива,

Но и там смотрит в очи мертвец.

В шалаше духота. А вода,

Словно жидкая муть, – в бурдюках.

Никогда, никогда, никогда

Здесь не встретишь ключа на песках!

Как виденье кошмарного сна,

В небе пыльное солнце – бельмо,

Будто проклята Богом страна

И несёт отверженья клеймо!.

Вернувшись в марте 1913 года после амнистии в связи с 300-летием дома Романовых в Россию, Владимир опять поселился на своей малой родине и принял активное участие в работе Глуховского Совета, а одновременно с этим начал печататься в газете «Глуховский вестник» и ряде столичных изданий. Одновременно со своими стихами Нарбут напечатал несколько прозаических вещей, которые до сих пор остаются ещё как следует не изученными.

Свою творческую манеру он определил как «натуралисто-реализм». Первые публикации – очерки в различных сборниках – относятся к 1909-1910 годам. Среди первых – историко-бытовой очерк «Соловецкий монастырь» (1908), а также очерки этнографического характера – «Сырные дни на Украине», «В Великом посту» и «Малороссийские святки», напечатанные в 1909-1910 годы в «Сборнике русского чтения», и рассказы «Пелагея Петровна» (1912), «Плоть» (1920) и другие.

Общедоступным сегодня является рассказ «Пелагея Петровна», главная идея которого – духовное подавление личности. Время действия – 1905 год, после принятия Манифеста. Реалистично подана жизнь: в воздухе «носились какие-то тёмные слухи о воле и земле», «всё тонуло в неизвестности, какую посеяла пагубная война». Стояло затишье, но и оно «пахло кровью». Люди по-разному воспринимали происходящее: молодёжь «кипела, рвалась куда-то», старшее поколение полагалось на волю своей заступницы, Богородицы.

В. Нарбут. Плоть

Главное действующее лицо рассказа – матушка Пелагея Петровна – ходила «твёрдыми шагами», была «величественна и прекрасна в своей строгости». Она была изображена волевой, сильной женщиной, которая управляет как домом и прислугой, так и мужем, отцом Георгием.

Нарбут пишет: «Приходом верховодил не батюшка, а матушка Пелагея Петровна».