Боярский холоп

Я не могу, чтобы следующий год мимо меня прошел. Обучение – это процесс, требующий постоянного приложения силы в определенном направлении. Я его курировать должен, если за это дело взялся, и батьки, о которых ты говоришь, тут не причем.

Тимофей казак хитрый и расторопный был. Видя, что меня не так-то легко уговорить, он зашел с другой стороны. Оглянувшись по сторонам, видя, что никто кроме меня его не слышит, сказал:

– Так ты Вереницу с собой возьми. Казак он справный и лихой. Тебе поможет. Ты вернешься, а он обоз туда доведет и обратно до Великого Луга.

– А его ты спросил?

– Если ты с ним поговоришь, Славко согласится.

– Ради чего все? Почему я должен тратить время на то, чтобы ехать в Московию, кого-то сопровождать. Что Войско или старшина от этого выигрывают? Царское расположение? Так царю мы нужны только лишь для того, чтобы от татар и турок отбиваться. А так он все равно нас разбойниками больше считает да опасными смутьянами. Если бы не враги, то нас бы в кандалы или на кол посадили через одного, а остальных бы в ярмо запрягли.

– Ты не выспался видно. Московиты нам не враги. Царь старшину жалует.

– Это я вижу, да только все рубли оседают в карманах старшины. Тебя кто послал?

Тимофей слегка помялся, но все же ответил:

– Степан Балуба. Он дружбу водит с московскими купцами.

– А ты, стало быть, с ним…

– Платит он щедро, – признался Тимофей. – Сам знаешь, жить на что-то надо. Приходится подрабатывать.

– Так это ты на мне заработать решил? И почему свет клином на мне сошелся? Неужто мало казаков достойных? Я не молод уже, да и дело есть.

– Ты подумай. Сгоряча решение не принимай. Золотом и серебром платят, звонкой монетой. Зачем отказываться?

– Кто посоветовал мою кандидатуру? – спросил я, пристально вглядываясь в Тимофея.

– Никита Медунец.

– Что? Батька Медунец? Я не ослышался?

– С ним Балуба советовался, кого бы к делу привлечь. Никита на тебя указал, пояснил, что лучше тебя с делом этим никто не справится.

Я почувствовал некий скрытый смысл в словах Тимофея и уже тогда понял, что от дела не откажусь, но все же так сразу соглашаться не хотел. Поэтому сказал Тимофею, что подумаю. Он же в ответ предупредил меня, чтобы я с ответом не тянул, поскольку, если откажусь, то ему придется искать кого-то другого. Я же не хотел получать кота в мешке. Уже тогда я знал, что дело не совсем чисто, но смолчал.