День воина. Историческая фантазия о событиях при селе Шевардино в августе 1812 года

– Да угодил, Олег Станиславович…, – уже более миролюбиво произнёс Иван Тимофеевич, – Угодил, но пойми, письмо адресовано лично мне и приглашение лично мне. Так что давайте будем соблюдать каждую букву, а то я не всегда понимаю этих европейцев, говорят одно, а на самом деле всё по-другому.

– Ладно, пошли собираться, – предложил Свинцицкий, как его вновь остановил голос начальника.

– Та-а-ак…, – «пропел» Андронов, – А ты, Алексей Анатольевич, чего вечно молчишь?

Теперь он обратился к четвёртому гостю, худощавому молчаливому мужчине в очках и с неподкуренной трубкой во рту, который не расставался с ней даже в бане.

– Месье Сиротин, вы у нас кажется краевед и историк.

– Совершенно верно, – согласился Алексей Анатольевич, – правда, я более по суворовским временам.

– Отставить пререкания, – без всякой злобы скомандовал Иван Тимофеевич, – И Суворов с французами воевал. Так что тоже поедешь.

– Так, Иван Тимофеевич, на одной машине тесно будет, – попробовал объяснить Данилкин.

– Ничего, машину поведу я, рядом будет Лилия Петровна, ну а вы сзади устроитесь.

– Добрый день, месье Амальрик! – поприветствовал хозяина дома Андронов, – Вы нас пригласили и вот мы тут.

Сидевший в глубоком кресле худенький старичок, очень походивший на писателя Сервантеса, приветливо кивнул головой, расставив широко сухие руки.

– Здравствуйте, господа. Вы понимаете по-французски?

– Да, месье. И понимаем и говорим. Мои спутники, это специалисты нашего посольства.

Иван Тимофеевич по очереди представил своих товарищей, начав с Лилии Петровны.

– Замечательно, – добродушно отреагировал месье Амальрик, – ну что же, проходите и располагайтесь по своему желанию. Сейчас подадут чай и печенье, но если кто желает выпить вина или чего покрепче, то не скромничайте. Нужно всего лишь обратиться к….

Он с трудом повернул голову и, жестом подозвав к себе молодого мужчину, добавил:

– Робер, будь внимателен к нашим гостям. Это русские, они немного смущены и вообще лишены привычного европейского высокомерия. Постарайся угадать их желания. Мои гости должны остаться довольными.

Робер поклонился и ответил:

– Да, месье. Я уже понял.

Накрыв стол, молодой человек вновь поклонился и вышел из кабинета, осторожно прикрыв за собой дверь.