Власть Зверобога

Они сбились в кучу. Распухшие языки женщин, нанизанные на окровавленный жгут, до корней вывалились на радость древесным пиявкам. Пленницы мычали, взывая к милости богов, махали руками, указывая на небо, а взгляды жалобно скользили по лицам собравшихся воинов.

Половые члены плененных мужчин тоже были связаны общим узлом. По ногам струилась кровь. Омельгоны шли осторожным шагом, страшась споткнуться. По сбитым в лохмотья ступням было видно, что путь лежал не по проторенной дороге, а напрямик, по лезвиям скал и зарослям кактуса.

Храбрый Лис спешил. Очень спешил.

Мои глаза не нашли в толпе встречающих Оцелота и Веселого Кенара.

Несокрушимый Вождь поднял руку, требуя тишины:

– Храбрый Лис выполнил наказ жреца. Он привел четырех женщин и четырех мужчин племени омельгонов.

Жабий жрец качнул черными перьями над головой:

– Да, он привел. Но где остальные храбрецы?

– Вас было трое, – взгляд вождя не предвещал доброго, – Где твои товарищи?

– Насмешник Оцелот и Задира Кенар никогда не узнают, что такое старость, – сказал Храбрый Лис.

Он посыпал голову пеплом костра и склонил голову перед вождем, передавая на вечное хранение боевые топоры товарищей.

– Они погибли! – кто-то крикнул, и к небу взвился женский плач.

– О, сыновья! Слишком рано вы покинули матерей!

– Столько лет упивались глаза вашей статью, а сердца ликовали от гордости за храбрецов!

– Их больше не-е-ет! – полетело печальное эхо в провалы сердец.

– Почему ты не погиб? – сурово посмотрел на Храброго Лиса Несокрушимый.

Разве ты менее храбр? Или прятался за спины старших воинов?

– Людоедов было три сотни, не меньше, на каждого по сто. Но с ними справились легко, – начал рассказ Храбрый Лис, и народ, прислушиваясь, затаил дыхание. – Мы бились насмерть, зачистили половину стойбища, но вдруг позади из невидимых нор вылезли другие стаи. Омельгоны лезли, как крысы из-под земли, им не было конца. Мы встали спиной к спине. Они окружили нас, не решаясь напасть. Но круг медленно сужался.

Мы отступили к центру, запалив взрывную смолу. Ослепительные искры осветили небо. Но людоеды не испугались. Они еще не знали, что глиняные шары заполнены смертью, и не боялись их. Дикари навалились толпой – тогда прозвучал взрыв. Комья земли, вывороченные челюсти и ребра взлетели над землей. Но братья, прикрывшие меня, тоже погибли.

Воину не пристало показывать слез, их не было в глазах Храброго Лиса. Но соплеменники с надеждой вглядывались в его лицо.