Любовь зла! Город драконов

 – Скорее спасай нас от рогатых медведей!

– Что? – в красивых глазах мужчины плескалось явное сомнение, но стоило ему увидеть молчаливо раздирающего корни и практически освободившегося зверя, как клинки молниеносно оказались в руках эльфа.

Увидев новую дичь, мишка, которого я спеленала, ухитрился порвать путы и рвануть к эльфу и орку. Мужики стояли спокойно и крайне героически. Только оружие вынули. Когда ревущий монстрила к ним приблизился, то Таэр лишь изящно шагнул в сторону, отставив меч, на который миша и напоролся.

И ни капли не впечатлился!

Я с жадным интересом наблюдала за боем. Наверное, ожидала, что внутри будет набивка, но под шкурой косолапых был лишь ядовито-зеленый туман и нечто похожее на мох.

В этот момент из леса вышел третий рогатый миша. Видимо, запоздавший!

Вирни от избытка чувств (и по банальной причине окончания кинжалов) кидался в него ветками. Жозик вопил, что они сидят на одном дереве и потому, если юному эльфу хочется очень глупо умереть, то пусть он это делает на соседней березе! Вирниэль отвечал, что на березах шишек нет.

К счастью эльфа и кота, дракон в этот момент окончательно разделался с первым и был совершенно свободен!

– Р-р-разорву! – пообещал нам игрушечный косолапый. Рога у него были еще больше, чем у предыдущих! А еще умудрялись менять форму, у них то вырастали новые острые выступы, то наоборот сглаживались.

Дэс ничего говорить не стал, молча кинулся, но на этот раз сменил тактику. Схватил медведя когтями, взлетел и швырнул на верхушки деревьев.

Я же глядела на выпотрошенного первого зверя и думала. Бросив в его останки заклинанием, я радостно улыбнулась, поняв, что в отличие от шкуры внутренний мох чучел очень даже горит! Развернув метлу, рванула ко второму мишке, которого пытались покрошить на запчасти Таэрлин с приятелем.

Все вместе мы справились. Эльф отрубил лапы, орк голову, а я отвлекала тем, что постоянно поджигала раны.

В это время Дэс оторвал башку третьей несчастной животине и, обернувшись в человека, мрачно уставился на новоприбывших.

Дракон ни капли не стеснялся ни своих ран, ни наготы, и надо сказать, что окинувший его оценивающим взглядом Таэрлин тоже не выглядел смущенным.

Обстановку чуть разрядил орк.