Медленно открывая глаза

А как мне жить? Без семьи, без мужчин… Побираться? Я даже в храм не могла уйти, их все разорили… За одну ночь! – принцесса смотрела на царя, лицо было строгим и грустным, она не плакала, лишь несколько слезинок прокатились по ее щекам, оставив на запыленном лице заметные дорожки.

Девушка не понимала, она боится или ждет чего-то. На самом деле принцесса просто была раздавлена внезапно навалившейся на нее реальностью.

Царь коснулся ее руки где-то около запястья и молча, почти не дыша провел пальцами до плеча принцессы.

– Ты думаешь, я рад тому, как покорилось ваше царство? – произнес правитель, – я пять лет пытался решить вопрос присоединения миром, посылал послов. Я даже не просил дань. Все что мне было нужно – это торговый путь с вашего порта, да несколько кораблей. Вам нужно было войти в состав моей империи, а твоя семья могла остаться править провинцией, и все жили бы как раньше.

Одна его рука так и лежала на ее плече, а другой он начал медленно гладить ее роскошные темные волосы. Принцесса подумала, что волосы в дорожной пыли, одежда ее испачкана, и сама она давно не совершала омовений. Девушка внезапно дернулась.

– Тебе неприятно? – вырвалось у царя.

– Нет… Я не знаю, что это со мной… – принцесса почувствовала, что стала задыхаться, от внезапно прояснившейся картины, от захватывающего ее волнения и незнакомых чувств, – я решила, что Вы жестоки. Я изучала историю, я думала, что Ваш род из тщеславия периодически осаждает нас. Я еще не добралась до экономики…

Принцесса часто дышала. Царь молчал.

– Повелитель! – на резком выдохе продолжила она.

Внезапно эта юная, казалась напуганная и взволнованная девушка превратилась в уверенную молодую женщину, точно знавшую что ей нужно.

– Да, – ответил ОН, приподняв бровь и смотря на нее уже с любопытством: «Юная девушка королевского рода переживает не о замужестве, а об экономике!» – пронеслось в его голове.

И она подумала, вот момент, который она ждала. Либо все, либо ничего. Она встала и подошла к огню с другой стороны чаши и встала так, что видеть они друг друга могли только через пламя.