Михаил Лермонтов: тайны судьбы и творчества

Остался у нее один лишь портрет поэта, и то потому, что был написан на полотне и маслом и заключен в багетную рамку за стеклом. К тому же она слышала, что ее благодетель ни за что не соглашался продать этот портрет своего крестного отца. Бумаги же, которых у нее было много, большую часть продала без разбору калачнику – 3 пуда весом по 40 копеек за пуд.

Мы могли бы не увидеть «Демона», как и другие произведения поэта. Краевский жаловался Панаеву, что хотел напечатать отрывки из «Демона», но «бабы черт знает куда дели его, а у него уже, разумеется, нет чернового».

Слава Богу, нашелся…

Поэтесса и друг Лермонтова Е. П. Ростопчина свидетельствует, что многие произведения поэта, которые он посылал со знакомыми с Кавказа, до Петербурга просто не доходили: «По мере того, как оканчивал, пересмотрев и исправив, тетрадку своих стихотворений, он отсылал ее к своим друзьям в Петербург… Курьеры, отправляемые из Тифлиса, бывали часто атакуемы чеченцами или кабардинцами, подвергались опасности попасть в горные потоки или пропасти… Чтобы спасти себя, они бросали доверенные им пакеты, и таким образом пропали две-три тетради Лермонтова…»

С материалами биографии еще хуже.

Один только факт для подтверждения сказанного. В 1860 году, через девятнадцать лет после гибели поэта, А. В. Дружинин, писавший статью о Лермонтове, оставил в рукописи пустые листы, на которых собирался впоследствии поместить рассказ о событиях, предшествовавших ранней гибели поэта. Однако и в таком незавершенном виде его работа появилась в печати сто лет спустя.

И даже с последним прижизненным портретом поэта, вынырнувшим из небытия, вышла настоящая детективная история, в которой еще не поставлена последняя точка.

В запасниках Орловской картинной галереи долгие годы пылился литографический портрет «Неизвестного военного». Внизу в одну строчку оттиснуто: «Рис. с натуры Шведе… Рис. на камне Белоусов». Фамилия военного отрезана, видимо, некогда хотели вставить портрет в рамку.

Признанный знаток вооружения, форм и регалий XVIII–XIX веков Александр Михайлович Горшман узнал в неизвестном военном Лермонтова. Сенсация! Последний прижизненный портрет поэта. Поэт в той же форме, в какой в феврале этого же, 1841-го, года его изобразил на акварельном портрете девятнадцатилетний К.Горбунов, только в фуражке.

И снова гримаса истории. Акварель Горбунова долгое время оставалась единственным изображением поэта, известным широкой публике.