Клеймёный

Сколько не пой о прекрасной жизни, как соловей, люди не поймут. Станут смеяться. Я в своей деятельности всегда старался принести пользу личному составу. В то же время повышал требовательность к рядовым и командному составу за выполнение поставленных задач.

– И как?

– Такая тактика всегда давала положительные результаты.

– Уговорил. Если есть желание заниматься лесопилкой, действуй. Нам без нее, как без рук. А механики не чешутся. Я бы этих технарей в карцер пересажал.

– И механиков прижмем. Заслушаем отчеты на партийных собраниях.

– Во! Правильно мыслишь.

Семен Васильевич уже увлекся, не в состоянии был себя остановить. Хотя понимал, что скинул на голову комбрига достаточно информации. Вряд ли тот ее переварит с первой подачи. Сказал после некоторого молчания:

– Нельзя забывать о досуге и быте красноармейцев. О полноценном питании. Суворов недаром говорил, что путь к сердцу солдата лежит через его желудок.

– Поди ж ты. О досуге и быте! Опять тебя заносит, замполит. Какой досуг? Какой быт? Крепость строить надо!

– Согласитесь со мною, что голодный, немытый, небритый, истощенный красноармеец – плохой строитель.

– Поди ж ты! Против этого тоже ничего не попрешь. Ты и здесь прав, замполит.

– Нужно не только военные объекты строить, но и казармы, и медсанчасть, и школу, и столовую, и магазин, и Дом красной армии и флота.

– Нужно. Понимаю, что нужно. Все это есть в планах. Но в первую очередь крепость надо строить. А у нас ни людей, ни техники, ни материалов.

– Проблем много. Будем прорываться, – успокоил комбрига Руднев, закуривая.

Петр Григорьевич тоже взял из пепельницы свою вечно не тухнущую папиросу. Глубоко затянулся:

– Что мы и делаем.

В коридоре Руднева ждал его новый знакомый Туров.

– О чем договорился, комиссар?

– На пилораму получил добро, – улыбнулся Руднев. – С сегодняшнего дня займусь ею.

– Молодец! Сколько разговоров о лесопилке, а разделывать древесину продолжаем вручную.

– Мне отступать некуда.

– Мои не поверят.

– Время покажет. С Петром Григорьевичем обо всем переговорил. Об организации быта и досуга. Скрипит, упирается, но соглашается, – улыбнулся Руднев.

– К сожалению, старшее поколение нас не всегда понимает. Петр Григорьевич работу требует. А чем живет красноармеец, командир, ему вникать некогда.

– В том и состоит моя задача, как политического работника: проникнуться заботами личного состава.