Антонов. Последний пожар

Она переоделась в дорожное платье, в руках держала небольшую сумку с вещами.

– Кузьмич! – крикнул Антонов появившемуся во дворе управляющему. – Седлай мне коня, а супруге моей организуй пролётку. Уехать нам надо. Да поторопись.

Потом Антонов, приободрив жену лёгким касанием руки, прошёл в дом и быстро собрал свои скромные пожитки. Главное, что документы и оружие с ним, а едой он всегда разживётся.

На долгое прощание времени не было совершенно. Александр крепко прижал к себе вздрагивающую от рыданий Софью, потом отстранил немного и посмотрел в мокрые дорогие глаза.

– Ничего не бойся, – сказал Шурка и поцеловал жену.

Кузьмич тем временем подал свежих лошадей. Антонов расплатился с ним за ночлег и еду и сказал, что они ненадолго уезжают в Саратов. Так он рассчитывал пустить красных по ложному следу. Родственники выехали из имения и остановились на развилке.

– Саня, давай поосторожнее. Тебя тоже искать будут. И Соню береги, – напутствовал Антонов, прощаясь с Боголюбским. – Нас потом у Грача спросишь.

– Не переживай. До встречи, – сказал шурин и хлестнул лошадь вожжами. – Но пошла, родимая!

Софья, обернувшись, смотрела на мужа и махала ему рукой. Постояв немного, пока пролётка не скрылась из вида, братья Антоновы направились в Трескино.

– Ну что же, Димка, придётся нам повоевать, – сказал Шурка брату. – От тюрьмы я зарок дал. Лучше пулю в лоб.

– Надо – значит надо, – легко, с юношеским задором согласился Дмитрий. – Где наша не пропадала?

– И сейчас не пропадёт! – Антонов уже сбросил остатки отпускной расслабленности и настроился на борьбу.

Спас Дмитрий Антонов своего брата. В который уже раз судьба благоволила к Шурке. Нет, не зря ему когда-то жандармы дали кличку «Фартовый». А вот друзья его, Заев и Лощинин, не убереглись, не дал им бог такой возможности.

Как только в Кирсанов поступил приказ об аресте членов партии социалистов-революционеров и сочувствующих им, начальник кирсановской ЧК Поликарпов начал облавы.

В ту же ночь был арестован Михневич, до которого так и не дошла посланная Боголюбским записка. Вместе с ним арестовали многих городских эсеров и отправили в Тамбов. Затем Поликарпов приказал арестовать верных Антонову милиционеров. Он лично возглавил арест Лощинина в Инжавино. Тот находился на своей квартире и ничего не подозревал. Сопротивления он не оказал, хоть и был хорошо вооружён. Заева брал отряд коммунистов во главе с чекистом Михаилом Покалюхиным.