Антонов. Последний пожар

Отдохнул немного.

– Прошу в экипаж, – показал рукой направление Мартынов.

– Если позволите, Александр Павлович, давайте начнём с дела, а потом пообедаем.

– Как скажете, Павел Петрович, – согласился Мартынов. – У нас всё готово.

Они покинули вокзальную суету и направились в полицейский участок. Потом Мартынов приказал извозчику отвезти вещи гостя к себе домой, и коллеги прошли в помещение. В просторном кабинете было уютно. Посередине стоял большой массивный стол из тёмного дерева, который украшала искуссная лампа.

Мартынов докладом открыл совещание. Он сказал, что партия эсеров в Саратове практически разгромлена, многие руководители арестованы. В последнее время замечена активность боевой группы, выявлено несколько её участников. В среду эсеров внедрён агент охранки, который передаёт важные сведения. Тут Мартынов показал Дурново последнюю записку агента Бирюкова.

– Я полагаю, – заключил свой доклад Мартынов, – ждать далее нельзя.

– Согласен с вами, Александр Павлович, – поддержал его Дурново. – У вас есть конкретный план?

– Да, Павел Петрович. Предварительные наброски мы сделали, – ответил Мартынов и обратился он к одному из присутствующих здесь полицейских: – Подайте карту.

Ротмистр продолжил, со знанием дела оперируя картой:

– Вот адреса, где проживают известные нам граждане. Везде дежурят надёжные извозчики, которые докладывают об обстановке.

– А дворники? – спросил Дурново.

– Не все сотрудничают с нами. Наши предупреждены, что если жильцы съедут, то проследить и доложить, – ответил другой офицер.

– Хорошо, – произнёс Дурново и обратился к Мартынову: – Когда думаете начинать?

– Я полагаю, Павел Петрович, брать будем завтра ночью одновременно по всем адресам, чтобы не предупредили. Сил у нас достаточно.

– Прошу вас, Александр Павлович, разрешить мне лично возглавить поимку Антонова.

– О, я буду этому только рад.

Обговорив ещё некоторые важные детали предстоящей облавы, друзья отправились обедать в домашней обстановке ротмистра Мартынова.

Утром Дурново вызвал на секретную квартиру агента Бирюкова и расспросил его о Шурке.

– Ваше благородие, вижу его мало. Уходит рано утром. Часто на весь день. Скрытен, неразговорчив, – докладывал Бирюков.

– Оружие у него есть? – спросил Павел Петрович.

– Так точно.