Зов крови

Скорей развяжите нас… наш род силен и властвует в этих местах.

Слова Рада неожиданно вызвали смех – совершенно искренний и детский.

– Ха! – выкрикнул кто-то из младших. – Эта замарашка – жена князя?

– А сам-то князь! Хорош – видали?

– Этак и я князем прозовусь! А что? Одежка у меня такая же грязная.

– Цыть! – прикрикнув на своих, рыжебородый сурово глянул на пленников. – Советую говорить правду. Хотя… могу сказать ее и за вас, – вожак скосил глаза на своих соратников, видимо, в предвкушенье чего-то такого, что еще больше поднимет его авторитет, заставит уважать еще более.

Он даже поднялся на ноги, положив руку на меч – постарался, чтоб всем были хорошо видны богато украшенные ножны. М-да-а, что и говорить – оружие знатное. Не по Сеньке шапка!

– Слыха-ал я о Доброга-астовом роде и про Раадомира-князя ведаю, – медленно промолвил вожак. – Только Ра-адомир-князь с супругой своею еще во прошлое лето сгинули без следа. А селение Доброгастово давно уж пусто – мор давно всех повыел.

– Как это – пусто? – озабоченно переспросил князь.

 – Что еще за мор?

– А то ты не знаешь! – собеседник неожиданно ухмыльнулся и продолжал дальше уже много жестче: – Посейчас много таких, ка-ак вы, шляется. В выморочные селища заходят, оружье, платья берут, потом выдают себя за лучших людей, а сами – бродяги. Не похож ты на князя, а уж про эту замарашку и помолчу… – осклабившись, рыжебородый посмотрел на своих. – А может, отмоем ее, парни? Попользуем, перед тем, как…

– Эй, эй, – поспешно оборвал его Рад.

 – Что это вы собираетесь с нами сделать? Предупреждаю – это наша земля!

– Молчи лучше! – гневно сплюнул вожак. – Убийцы! За что вы убили славного Урмака? Что он вам сделал?

Урмак? Князь задумался и побледнел. Ну, конечно – тот самый, чумной. Так что же – выходит, за ним и Хильдой следили давно? Ай-ай-ай – плохо дело.

Рыжебородый, щелкнув пальцами, приказал:

– Друже Борич, расскажи всем, как было дело?

Радомир закусил губу: на ровную площадку, меж пнем предводителя и горевшим костром, вышел молодой, лет пятнадцати-шестнадцати, парень, настолько похожий на Хильду, особенно – издалека, что князь поначалу принял его за брата-близнеца собственной супруги, ежели таковой бы у нее имелся.

Черты лица, тонкие руки, рост и, главное, волосы. Такие же длинные, прямые, цвета белого золота, словно жемчужносерые облака в прояснившемся после бурного дождя небе. Глаза вот только серые, а в остальном… Хорошо, что Хильда была сейчас в болотной грязи.