Вандал (сборник)

Ага, конечно, настоящие – четыреста тридцать восьмой год! А вот сейчас прогуляемся в Тунис! До Французских ворот, по авеню де Франс, авеню Хабиба Бургиба… Многолюдные, полные туристов и машин, улицы, ничуть не уступающие знаменитым парижским бульварам, какому-нибудь там Монпарнасу или Распаю. Вот тогда посмотрим, как заговорит господин антиквар!

Ловко лавируя среди судов, Александр приткнул лодку среди подобных ей суденышек. Ингульф, выпрыгнув на причал, подхватил брошенный конец, привязал.

– Ну вот, – покидая лодку, довольно улыбнулся Саша. – Выбрались, наконец! Слушайте, месье Бади, перестаньте вы кривиться. Лучше поищите такси!

– Ха! Такси?!

– Только не говорите, что его здесь не поймать… Черт! – молодой человек хлопнул себя ладонью по лбу и громко расхохотался. – Конечно, вы правы, месье Бади! Какое такси? У нас же совершенно нет денег! Придется идти пешком, что поделать?

Александр пропустил мимо себя полуголых носильщиков, тащивших на смуглых плечах какие-то увесистые мешки, радость переполняла его, выплескиваясь наружу в виде беспричинного смеха и громких слов.

Свобода! Свобода! Правда, у беглецов не имелось ни документов, ни денег.

– Для начала зайду в российское посольство на рю Бергамотов, – вслух рассуждал молодой человек. – А уж там… Там поглядим! А вы что планируете, мсье Бади? Вернетесь к себе в Сус? Снова будете торговать в своей лавке?

– Может, и придется, – хмуро отмахнулся старик.

 – Всем нам придется чем-нибудь заниматься, попомните мое слово. Меня бы вполне устроил какой-нибудь тихий оазис… или даже монастырь.

– Монастырь? – Саша снова расхохотался. – Только не говорите, что женский!

Все вокруг: и эта гомонящая толпа, и море, и стоящие у причалов суда, и городские стены с воротами и башнями – радовало беглеца, и долгожданный ветер свободы наполнял его сердце.

Путники прошли широко распахнутые ворота – стоящие на часах воины с длинными копьями – туристская достопримечательность! – покосились на них, но ничего не сказали.

Никем не задержанные беглецы вошли в город через ворота торгового порта… и сразу попали на заброшенную, поросшую колючим кустарником площадку с серыми камнями-жертвенниками – тофет.

– Здесь рядом – рю Виржиль! – радостно потер ладони Александр. – За ней – железнодорожная ветка… О! Слышите, как сигналит локомотив?

– Локомотив? – снова нахмурился антиквар.